— Кабинет на втором этаже восточного крыла, — сообщил Святослав, — но там строгая охрана, даже гостей с особыми приглашениями не пропускают.

— Я заметил, — подтвердил я. — Нужен отвлекающий манёвр. Что-то достаточно громкое, чтобы оттянуть всеобщее внимание.

Василиса задумалась, но Полина подалась вперёд с загоревшимися глазами.

— У меня есть идея, — прошептала она. — Помните тот роман Торнтон, где Эмилия устроила скандал, чтобы её компаньонка могла проникнуть в кабинет лорда?

— Господи! — не выдержала Голицына. — Да никто кроме тебя это не читал!

— Что за скандал? — вмешался я, приободрив Белозёрову.

— Там это была сцена ревности, — благодарно кивнула Полина. — Устроим сцену у всех на глазах. Такую, что охрана точно не усидит на месте. Вмешается и начнёт нас разнимать.

План был рискованным, но при отсутствии других вариантов, мы решили действовать. Святослав должен был остаться в зале, чтобы стать объектом скандала и следить за общей обстановкой, а девушкам предстояло создать отвлекающий манёвр.

Через пятнадцать минут, когда бал достиг своего апогея, воздух разорвал женский крик:

— Как ты смеешь! — голос Полины, звонкий и возмущённый, заставил гостей обернуться.

Она стояла напротив Василисы, с театральным негодованием указывая на неё пальцем. Василиса, поначалу явно смущённая, быстро подхватила игру.

— О чём ты говоришь? — холодно отрезала она, вздёрнув подбородок.

— Не притворяйся! — Полина повысила голос. — Я всё видела! Ты флиртовала с ним весь вечер!

Гости начали собираться вокруг, заинтригованные скандалом. Святослав, стоявший неподалёку, изображал смущённого объекта женского внимания.

— Какая нелепость, — парировала Василиса. — Если кто-то и вился вокруг него весь вечер, то это была ты. Пигалица!

Полина сделала шаг вперёд, её лицо исказилось от наигранной ярости.

— Не смей лгать мне в лицо! — она сделала резкий жест рукой, и в этот момент бутылка шампанского на столе буквально взорвалась, обдав брызгами ближайших гостей.

Начался переполох. Охрана, в том числе двое у входа в восточное крыло, поспешила к месту происшествия. Я воспользовался суматохой, быстро отступил в тень и двинулся в сторону запретного прохода.

Полина тем временем превзошла саму себя. Она не просто кричала — она рыдала, обвиняла, угрожала, а потом, в кульминационный момент, изобразила столь убедительный обморок, что даже Василиса на мгновение испугалась, не переборщила ли она с ролью.

— Ей нужен воздух! — закричал кто-то из гостей.

— Врача, врача, позовите врача! — как-то не очень убедительно вторил другой голос.

Под покровом всеобщего смятения я проскользнул в запретную часть здания. Коридор второго этажа был пуст и слабо освещён. Я двигался вдоль стены, прислушиваясь к каждому звуку.

Кабинет ректора найти оказалось несложно. На нём висела самая мощная магическая защита. Магический заслон на дверях был сложнее физического замка — пришлось потратить немного энергии на его нейтрализацию.

Внутри меня ждало просторное помещение с массивным столом, книжными шкафами и большими окнами, задрапированными тяжёлыми портьерами. Я быстро осмотрел документы на столе — отчёты, письма, академические ведомости… Ничего подозрительного на первый взгляд. Выдвинув верхний ящик стола, я обнаружил личную печать ректора, несколько флаконов с чернилами и стопку пустых бланков за подписью Горевского.

Поняв, что нужно что-то менять, я активировал заклинание Эхо Камня. Планировка здания мгновенно сформировалась в моей голове.

Я закрыл веки, полностью сосредотачиваясь на ощущениях.