Нет, не нормально. Выкачивать пригодный для дыхания воздух из ограниченного пространства способен лишь по-настоящему развитый маг. Как минимум, Магистр. А вот Талант у менее могущественного чародея мог бы объяснить схожие способности.

— Они оба наёмники, — продолжил разведчик. — Работают на Кабана время от времени. За последний год на их счету не меньше пяти подтверждённых убийств, но слухи ходят о доброй дюжине.

Я слушал доклад, мысленно выстраивая план действий. Против нас — банда головорезов и два мага. Место — уединённый карьер, идеальное для засады и избавления от тел. Время — полночь, когда полиция меньше всего интересуется тем, что происходит за городскими стенами.

На моих губах появилась тонкая улыбка. В прошлой жизни мне доводилось оказываться в куда более сложных ситуациях. И частенько противники совершали одну и ту же фатальную ошибку — недооценивали меня.

Глава 6

Коршунов Родион Трофимович размешивал жидкую кашу на воде, рассеянно глядя в окно на утреннюю суету Сергиева Посада. Серая муть за стеклом соответствовала его настроению, как и бесцветное варево в миске. Отставив ложку, он потянулся к карте города, приколотой к стене — вчерашняя новость о воеводе из Пограничья по фамилии Платонов требовала пометок и анализа.

Отчёты его маленьких информаторов сходились: приезжий задел Кабана, и тот готовил для него ловушку. Карандашом была отмечена избранная преступниками точка засады — старый карьер за городскими воротами. Не раз туда увозили тех, кто перешёл дорогу известному бандиту.

Дверь распахнулась без стука, прервав его размышления.

— Родион Трофимыч! — перепуганный Влад влетел в комнату, задыхаясь от бега. — Они идут сюда! Тот самый барин, к которому я вчера ночью ходил!

— Спокойно, салага. Битва не проиграна, пока у командира холодная голова, — машинально произнёс он, хотя внутри всё напряглось. — Давно видели? Сколько их?

— Двое! В соседнем переулке уже. Минуты три, не больше.

Коршунов мгновенно принял решение. Оставаться — значило нарваться на неприятный разговор. Неизвестно, что взбрело этому Платонову в голову после вчерашнего предупреждения. Быть может, решил, что за «благодетелем» кроется нечто большее, чем простая неприязнь к криминальным элементам.

— Понял тебя, карауль у окна, — распорядился он, торопливо собирая бумаги в сумку.

Заметка о возможном владимирском шпионе ушла в потайной карман старого кителя, карта с пометками — в его подкладку. Остальные записи Родион сжёг в небольшой жаровне — секретная информация не должна попасть в чужие руки. Как учили ещё на службе: «Если компрометирующий материал нельзя сжечь или утопить — хоть ешь его, но врагу не оставляй».

Извлечённый из-под кровати заранее подготовленный свёрток с предметами первой необходимости отправился в сумку. Самое ценное — некоторое количество монет различного достоинства и поддельные документы — оказалось за подкладкой протеза.

— Уже на лестнице, Трофимыч! — выпалил Влад, отскакивая от окна.

— Чёрт побери! — выругался Родион, накидывая на плечи поношенный плащ. — Бегом по запасному маршруту. И не лезь к этому аристо, понял? Встречаемся там же, где обычно.

Мальчишка кивнул и выскользнул в коридор.

Хлопнув себя по карману, где лежал потёртый револьвер, Коршунов подхватил трость и направился к заранее подготовленному лазу на чердак. Отодвинув шкаф, он обнажил узкую лестницу, ведущую в небольшой квадратный люк в потолке.

Протез подвёл в самый неподходящий момент. Старая конструкция, неумело подогнанная под культю, поддалась неестественному напряжению — крепёжный ремень лопнул, когда Родион уже был на середине лестницы.