Крик вырвался из крошечного рта Уильяма — звук явно слишком громкий для маленького тельца. Я принялся его укачивать, думая: вот ведь наказание, и сам же его на себя навлек!

Я посмотрел на Катрин. Мы не говорили о ночных снах. У меня были вопросы, бесконечные вопросы, но я хотел задать их без свидетелей, когда получится принять ответы, которые она могла бы дать. Она не встречалась со мной взглядом и смотрела на моего сына. Я уже однажды забеспокоился, что она может причинить ему зло, но теперь казалось, что такое невозможно, — особенно когда он у меня на руках.

— Есть кто-то близкий тебе, кто убил бы этого ребенка при первой же возможности.

Катрин отвернулась и говорила тихо, будто о чем-то маловажном, голос ее почти заглушался грохотом кареты.

— Что?

Миана быстро отвернулась от оконной решетки, глаза ее горели. Не думаю, что она прислушивалась, но явно внимательно следила за тем, что происходит между моей теткой и мной.

— Если я объясню, дай слово, что ты и твои люди ничего не сделаете этому человеку, Йорг, — сказала Катрин.

— Вообще-то это на меня не похоже, разве нет? — Я старался не раздавить Уильяма своими объятиями. Миана потянулась за ребенком, но я лишь крепче прижал его к себе. — Разве что ты кому-то скажешь.

— Катрин! — Миана потянулась мимо меня к руке Катрин. — Пожалуйста.

На миг я представил алый взрыв Мианиной бомбы во дворе Логова. Если Катрин откажет ей, дело может обернуться скверно.

— Этот человек едет под золотым знаменем мира.

Гвардеец убьет любого, кто вздумает на него напасть, и будет преследовать любого, кто попытается его убить. Точно так же они готовы вмешаться в любое насилие, буде оно случится в нашей карете, или отомстить за него.

— Ты не единственный представитель своего отца. — Мне надо было догадаться с самого начала, но я обнаружил Катрин в карете из Анкрата, и это меня сбило с толку. — Он нашел замену лорду Носсару.

Она кивнула.

— Ярко Ренар.

— Кузен Ярко. — Я откинулся назад и расплел пальцы, вцепившиеся в пеленку Уильяма.

Не слышал об этом человеке с тех пор, как потерпел поражение его мятеж в Годде. Это было за год до того, как принц Оррин прибыл ко мне. Мы бились насмерть — гражданские войны всегда кровавы, старые раны слишком долго гноятся и изливают яд на новые поколения. Боевые действия ослабили горные регионы, выкосили людей и истощили казну. Я думал, что Ярко получает деньги из Арроу, но, возможно, отец растрачивал мое наследство.

Ничто не порадовало бы Ярко больше, чем если бы он завладел моим сыном. В конце концов, я убил его брата в Норвуде, захватил его отца в плен в Логове и узурпировал его наследство. И, конечно, у него была толика фамильной черты — мстительности. Интересно, не ехал ли он с нами, нарядившись гвардейцем? Возможно, он убедил их, что это единственный способ обезопасить его от меня. Или они могли спрятать его в обозе, что тащился за нами. Найти его будет нелегко.

— Как ты могла не сказать об этом раньше? — спросила Миана, до белых костяшек сжимая руку Катрин.