— Как ты могла не сказать об этом раньше? — спросила Миана, до белых костяшек сжимая руку Катрин. — Он мог напасть на кого угодно из нас.

— Уильяма Гвардия не охраняет, — сказал я.

Ярко не продал бы свою жизнь всего лишь за возможность прикончить меня, но он мог убить моего сына и заставить Гвардию охранять себя. Это могло показаться ему слишком соблазнительной возможностью, чтобы упустить ее. Какая ирония.

— Тогда мы сделаем так, что она его будет охранять!

В голосе Мианы послышались истерические нотки.

Катрин поморщилась — то ли от крика, то ли от пожатия Мианы, не знаю.

— Дети не могут быть советниками или представителями.

Она знала правила не хуже меня. На скамейке напротив старики закивали.

— Но…

Миана сказала: «Тсс», когда я передал ей нашего ребенка, и направилась к двери. Я высунулся наполовину, повис над грязью, изрытой колеями, и заорал, подзывая Макина. Он тут же подъехал.

— Я хочу, чтобы карету взяли в кольцо: Ярко Ренар вырядился гвардейцем и пытается добраться до принца Уильяма.

Макин покосился на ближайших всадников.

— Я сам его убью.

— Не надо. Он под знаменем мира.

Сказав это, я подумал: интересно, чью жизнь мне придется отдать за смерть Ярко? Я подозвал Макина поближе и зашептал ему на ухо:

— Вообще-то я всегда знал, что держу Райка при себе не просто так. Скажи ему, что я выложу сто золотых дукетов, если он прикончит Ярко. А потом ему, видимо, лучше бежать куда подальше.

Макин кивнул и натянул поводья.

Я крикнул ему вслед:

— Сотню золотых и пять аравийских жеребцов!

Это казалось сходной ценой.

— Ты! — окликнул я ближайшего гвардейца. — Давай сюда Харрана.

Он кивнул золотым шлемом и направил коня в сторону начала колонны.

— Отдай мне Макина и Мартена, и мы поедем домой, в горы, — сказала Миана у меня за спиной.

— Я могу дать тебе хоть Райка, Кента и Горгота, и ты все равно не будешь в безопасности, Миана. Мы слишком далеко от дома, в стране, где нас не любят.

К тому времени капитан Харран поравнялся с нами, по обе стороны от него — еще два капитана Гвардии. Катрин и Миана спорили яростным шепотом, Уильям то и дело на свой лад протестовал.

Харран поднял забрало.

— Король Йорг.

— Я хочу говорить с Ярко Ренаром.

— Ярко Ренар под моей защитой. Я посоветовал ему не показываться вам, чтобы избежать неприятностей.

— Уверяю вас, капитан, неприятности будут куда серьезнее, если вы не приведете его сюда.

Харран улыбнулся.

— Йорг, у меня здесь пятьсот лучших бойцов, причем именно для того, чтобы вы с Ярко не навредили друг другу. Нам надо добраться до Вьены. По моим подсчетам, с вами четыре человека, способных держать в руках оружие. Лучше дайте нам делать нашу работу, хорошо?

— Я для вас король Йорг, капитан Харран.

Четыре человека, о которых шла речь, уже присоединились к нам. По правде говоря, их было трое — Горгот ни от кого не зависел и вполне мог встать и на сторону Гвардии.

Удар в бок кареты заставил нас остановиться.

— Дайте-ка мне вот это, лорд Макин.

Я показал на нубанский арбалет, притороченный к седлу Брейта.

Я взял оружие, шагнул в грязь и вышел на твердую почву у дороги. Все смотрели на меня, когда я натягивал тетиву.

— Гвардия должна защищать меня, лорда Макина и моих советников, разве не так?

Я не поднял глаза.

— Да, — сказал Харран.

— И при каких обстоятельствах они смогут на меня напасть?

Я знал правила, просто хотел, чтобы Харран сам их озвучил.