Зато работа над чехлом шла просто замечательно. Горничная требовала, чтобы хозяйка после обеда непременно удалялась к себе в спальню отдохнуть, и Люси использовала тихий час для того, чтобы вышивать на атласе кошмарные багровые розы. Честно говоря, ей казалось диким, что придется накрывать изящный фарфоровый чайник этой гадостью, но что поделаешь — добродетель требует жертв. Во всяком случае, это лучше, чем вышитые шлепанцы, которые Эдуард все равно носить не станет.

По счастливому стечению обстоятельств Эдуард вернулся домой после десятидневной отлучки именно в тот момент, когда Люси сидела в гостиной и старательно работала иголкой. Услышав, что к дому подъезжает экипаж, Люси огромным усилием воли заставила себя сидеть на месте, хотя ей ужасно хотелось броситься мужу навстречу. Вот какие плоды дала работа над собой!

— Люси! — воскликнул Эдуард, врываясь в гостиную. Он захлопнул за собой дверь, подхватил жену на руки и прижал к груди, даже не заметив, что атласный чехол полетел на пол.

— Как ты чудесно выглядишь! — Он приподнял ей подбородок и сказал: — Слава Богу, румянец вернулся. Сразу видно, что ты вела себя как умница.

— Да, Эдуард, — смиренно ответила она. — Я в точности следовала твоей воле. Никто меня не похищал, каждый день после обеда я спала, и еще я вышивала атласный чехольчик.

Эдуард очень удивился:

— Какой еще чехол?

— И еще я читала сборник проповедей. Они такие… такие…

— Скучные? — подсказал Эдуард.

— Да, смертельно! Но очень способствуют развитию благонравия.

— Могу также порекомендовать тебе власяницу и обливание холодной водой. Но чего ради мы обсуждаем в такой момент проповеди?

— Сегодня же воскресенье. Самый подходящий день, чтобы устремить свои помыслы к Всевышнему… Эдуард, что ты делаешь?

— Я вижу, дорогая, что за время моего отсутствия ты сильно поглупела. Неужели не видно, что я расстегиваю тебе платье?

— Эдуард, в гостиной! Как можно?

Он с деланным удивлением огляделся по сторонам:

— В самом деле! Большое спасибо, что ты просветила меня, где мы находимся.

С этими словами он вновь занялся пуговицами.

Люси старалась не обращать внимание на участившееся биение своего сердца.

— Эдуард, не забывай о слугах…

— Они хорошо натасканы и в комнату не войдут.

— Надеюсь, твоя поездка в Дели прошла успешно, — чопорно сказала на это Люси, мужественно игнорируя тот факт, что платье сползло с плеч до пояса, а ее колени начали мелко дрожать.

— С относительным успехом. Лорд Литтон слушал меня вполуха. Но я поговорил с несколькими полковниками, и они, кажется, уяснили, как глупо было бы штурмовать горную страну кавалерийскими эскадронами. По крайней мере в окружении вице-короля узнали, кто такой Абдур-Рахман. Я оказал им, что этот человек в скором времени станет эмиром Афганистана.

Платье и рубашка Люси лежали на полу, а колени вели себя все более предательским образом. Припав мужу на грудь, Люси скороговоркой выпалила:

— Эдуард, я начала новую жизнь. Теперь я буду образцовой женой, совсем как миссис Разерспун.

— Упаси Боже! К тому же меня вполне устраивала твоя прежняя жизнь. — Он припал к ее груди. — О, какая ты вкусная! Именно такова должна быть на вкус настоящая жена.

Он ласкал ей грудь, а Люси, задыхаясь, повторяла:

— Боже, Эдуард!

— Сейчас, милая, сейчас взлетим на небеса. Думаю, для этого удобнее воспользоваться диваном.

Не слушая ее протестов, он подхватил Люси на руки и осторожно перенес на мягкие подушки.