— Спасибо и на этом, тогда я пойду, — произнёс, намереваясь направиться в свою комнату и лечь на кровать.

— Стоять! — прищурилась Виктория. — Никто никуда не уйдёт, пока не объяснит, что тут происходит. Оль, успокойся, твой парень уже в отключке, — взяла за плечо будущую банкиршу и легко ту оттащила от графа.

— Мы на шум вышли, ничего не видели и не знаем, — заявила пухленькая Мария, при этом глядя в пол.

Ну, все обо всём догадываются, а Матвей так и вовсе был свидетелем, но предпочитает отмалчиваться. Странно другое, Самойлову никто не ждал, в этом уверен на все сто процентов. Но она пришла и говорит, что к Ольге. Подругами они вряд ли являются. Слишком разные, будущая банкирша старше, вроде бы не критично, но в таком возрасте два года или больше, как небо и земля. Получается, что родственники.

— Раз нечего сказать — свободны! Нечего тут пялиться, — продолжила Вика и ко мне обернулась: — Голицын, гони ключ от своей берлоги. Там вчетвером о случившемся поговорим и порешаем, как дальше жить.

— Что-то ты больно деловая, — хмыкнул я.

— Ключ где? — не обращая внимания на мои слова, уточнила Вика и бесцеремонно залезла своими тонкими пальчиками в мои карманы.

Нет, какова нахалка! Хотел ей попенять, да в груди какой-то комок и боль растекается. Всё же похоже есть перелом. Это опять бинты на себе таскать и визит к Синицыной отложить придётся. Собирался Татьяну завтра проведать, сразу после того, как дневник распечатаю.

— Оль, бери его левую ногу, а я за правую, — скомандовала Вика, подойдя к Вавилову, предварительно отворив дверь в мою комнату.

Графа, как мешок с картошкой, волоком втащили в мою комнату. Хорошо хоть, что у парня нет кровотечения, а то бы он мне всё заляпал.

— А ты чего застыл? — подошла ко мне голубоглазая брюнеточка, а потом участливо поинтересовалась: — Сильно он тебя приложил?

— Нормально, — ответил и попытался сделать шаг.

Резкая боль и чуть сознание не потерял. Наверное, упал бы, опозорившись, но Вика меня поддержала за локоть, а потом и вовсе обняла.

— Алексей, не возмущайся, я тебе помогу, — прошептала Самойлова и повела меня в комнату, где осторожно уложила на кровать.

— Оль, ты рассказывай, а я осмотрю твоего заступника, — расстёгивая мою рубаху, велела Вика подруге, а потом на меня рыкнула: — Лежи смирно, не дёргайся!

Ольга стала сбивчиво говорить, возмущаясь поведением графа. Упомянула и про меня, что я вступился, но получил удар по рёбрам и ей пришлось всё брать в свои руки, точнее, туфли.

— Ну, сестрёнка, дальше ты всё сама видела, — потирая талию, закончила Ольга.

— Другими словами, не вмешайся Алексей, то тебя бы граф оприходовал. Верно? — хмурясь, уточнила Вика, рассматривая мою грудь. — Так, сейчас пощупаю, не уверена, что пойму есть ли переломы, надо в больничку, рентген сделать.

Пальчики у Самойловой нежные, прикасается осторожно, кое-где надавливает и, как ни странно, действует вполне профессионально.

— Ты медиком собираешься стать? — интересуюсь у брюнеточки.

— Ещё чего не хватало, — морщится та. — Просто определённые навыки имею, отец заставил изучить первую помощь при травмах. Честно говоря, думала, что этого никогда не потребуется, однако пригодилось. Нет, всё у тебя хорошо, — держа руку в районе моего сердца, заявила Вика, — старые повреждения еще не совсем зажили, поэтому и такие последствия от удара. Кстати, господин Голицын, ты чем думал, когда подставился? Не мог увернуться или сбежать? Из-за тебя одни хлопоты!

— Ты это чего? — возмутился я. — Моей вины в случившемся нет. Как оказалось, пострадал из-за твоей сестры. Получается, что ты-то к этому причастна! Не опоздай на пьянку, то ничего бы не случилось.