— Слушаю, Турецкий.

— Александр Борисович? — осведомился суховатый женский голос. — До вас очень сложно добраться. Вы знаете, что ваш сотовый заблокирован?

— Да, знаю. В чем дело? Кто вы? — «Не многовато ли женщин скопилось в этом деле?» — подумал он с неудовольствием.

— Моя фамилия Винникова. Маргарита Алексеевна Винникова, Федеральная служба безопасности, Управление «Д». — На той стороне эфира взяли паузу для осознания абонентом важности информации. Но абонент на своем веку повидал и услышал столько, что только досадливо поморщился. — Ваш номер любезно предоставили в Генеральной прокуратуре. Можете перезвонить Константину Дмитриевичу Меркулову — он подтвердит, что я не самозванка.

— Верю вам, Маргарита Алексеевна. Всей душой вам верю. Женщинам нужно верить. В чем дело? — я повторяю свой вопрос… — Он чуть не пропел последнюю фразу на мотив «Я поднимаю свой бокал».

— Наше управление ведет дела о коррупции и воровстве в высших эшелонах власти. Лично я занимаюсь отмыванием незаконных денежных средств через негосударственную корпорацию «Прометей». Эта фирма является одним из партнеров «Рособоронэкспорта»…

— И много отмыли? — машинально пробормотал Турецкий.

— Что, простите?

— Все нормально, Маргарита Алексеевна. Вы не слишком увлекаетесь, говоря со мной по этому телефону?

— Я не думаю, что телефон прокурора, пусть даже и районного, стоит на прослушке. Равно как и мой. К тому же данные сведения уже не составляют государственной тайны, над этим делом трудятся десятки следователей. Одним из фигурантов по делу числится генерал в отставке Бекасов Павел Аркадьевич. Он не является… не являлся государственным служащим, но был завязан с системой служб безопасности нескольких банков, принимающих активное участие в перекачке за рубеж «левых» денежных средств. Из офиса одной из этих структур осуществлялись хакерские атаки на компьютерную систему преступной группы. Деятельность группы уже разоблачена, несколько подозреваемых арестованы, другие в бегах, ведется активный поиск денег…

— Хм, воровал у воришек, хотите сказать…

— Я не думаю, что он делал это лично — сомневаюсь, что генерал отличил бы компьютер от прибора для измерения артериального давления. Но он сформировал систему. Или принимал в ее формировании деятельное участие. Считается, что данная группа успела присвоить не менее двенадцати миллионов долларов…

— Ничего себе, — присвистнул Турецкий. — До меня дошли слухи, что генерал слыл порядочным человеком. Человеком долга, так сказать.

— Он никого не убивал, — сухо отозвалась женщина, — а чувство долга, видимо, не препятствовало личной наживе.

— Он умер, — напомнил Турецкий.

— Я знаю. Это со всеми бывает. Нужно встретиться и поговорить, Александр Борисович.

— Ну уж нет, Маргарита Алексеевна, — решительно отверг Турецкий. — При всем моем уважении. Приехать в Москву я сейчас не могу.

— Ну, в гостиницу-то вы можете приехать? — усмехнулась женщина. — Вы будете удивлены, но я нахожусь в тех же декартовых координатах, что и вы. И даже проживаю в той же гостинице. Имеется подозрение, что убийство связано с этой… назовем ее «международной», деятельностью генерала.

— Хорошо, — вздохнул Турецкий. — Как освобожусь, приеду.