— Теперь я поняла, что вы задумали. Есилькова должна убить Спенсер, а мы должны помочь ей в этом, так?

— Да, примерно так. Возможно, потребуется обеспечить ей что-то вроде дипломатического иммунитета. Но это в крайнем случае. Ведь ваш Пек как раз и должен исправлять наши ошибки, не так ли?

«Но он не должен покрывать хладнокровное убийство». Она не смогла произнести это вслух.

— Я позвоню ему и скажу, что лейтенант Есилькова не должна подвергаться аресту и обыску ни при каких обстоятельствах. Больше я ничего делать не буду.

Это называется соучастием в убийстве, кажется. Тейлор никогда бы так не поступил.

Она позвонила, когда они прибыли в космопорт. Там почти никого не было: люди уже знали о взрыве в лаборатории и предпочитали сидеть дома, боясь повторных террористических актов. Они опасались за свою жизнь.

Элле тоже надо было опасаться. Сэм Йетс представлял для нее не меньшую угрозу, чем де Кайпер со своим плазменным излучателем.

Он уже знал, что случилось с ее лабораторией. О взрыве все только и говорили — в космопорте, на таможне, в транспорте. Всюду на глаза попадались сотрудники Безопасности, многие особо осторожные обыватели носили огнеупорные костюмы и таскали за собой аварийные респираторы. Как будто маска, натянутая на нос, может спасти от утечки воздуха!

Преториус шел очень быстро. Ему предстояло выполнить важнейшую задачу — забрать из квартиры Спенсер вирус — настоящий вирус, а не опытный слабенький образец, предназначенный для арабов. Большинство негров являются носителями гена серповидно-клеточной анемии. Новый вирус будет размножаться в организме тех, у кого есть этот ген.

Африка должна быть очищена от черных. И ничто, никакая сила на свете не предотвратит этого. Преториус не знал истинной причины взрыва. Он предполагал, что Спенсер запаниковала и попыталась замести следы. Если это так, она должна быть немедленно ликвидирована.

«Рано или поздно ее пришлось бы убить», — подумал африканер, стучась в квартиру Спенсер.

Ему открыл невысокий мужчина в синем лабораторном халате. Он с удивлением посмотрел на Преториуса.

— Что вам нужно?

Тот молча оттолкнул его и вошел. В комнате царил беспорядок. Спенсер лежала на диване. Нос ее распух и покраснел, на лице — струйка запекшейся крови.

За спиной Преториуса захлопнулась дверь, но он не обратил на это внимания. Его взгляд был прикован к обрывкам одежды. Такие обрывки остаются после того, как от ткани отдирают грузовую липкую ленту…

Человек в синем халате схватил Преториуса за плечо:

— Какого черта вы тут делаете?

В руке у него был пистолет, стреляющий пулями. Такие пули не ранили — они убивали наповал.

Африканер, поняв, что попался, попытался спасти положение.

— Я — деловой партнер Кэтлин, — улыбаясь, сказал он.

— Ага, значит, партнер.

— Именно так, — не переставая улыбаться, ответил Преториус и опустил руку в жилетный карман. Он выстрелил, не вынимая пластикового револьвера. Это оружие было запрещено международной конвенцией, так как не могло быть обнаружено обычной аппаратурой, используемой Службой Безопасности в космопортах.

Выстрел прозвучал как негромкий хлопок. Невысокий человек схватился за живот и осел на пол.

Преториус даже не потрудился убедиться, что тот мертв. Без малейшей паузы, словно ничего не случилось, он спросил Спенсер:

— Надеюсь, План не пострадал из-за того, что произошло в лаборатории?

Спенсер с трудом приподнялась на локте, прижимая к носу окровавленный носовой платок, и принялась кричать:

— План! Какой план? Все кончено, ты, глупый расист! Плана вашего больше нет! Не знаешь разве, что лаборатория взлетела на воздух? Не понимаешь, что это значит?

Преториусу быстро надоело ее слушать.