Изменить размер шрифта - +

– Значит, не терпится поскорее выдворить меня из города? – сухо осведомился Калеб, ставя вопрос ребром. Он знал, что множество белых не желало уживаться с полукровками, но не бороться же ему с каждым!

Под пронизывающим взглядом метиса Хоуг покраснел.

– Нет, конечно, нет… Я…

– Могу я взглянуть на бумаги?

– Да, безусловно. – Хоуг порылся в наваленных на столе папках. Прошло несколько минут, во время которых холодные серые глаза метиса неотрывно следили за каждым его движением.

Наконец нотариус нашел нужную папку. Чуть дрожащими руками пододвинул ее к Калебу Страйкеру и терпеливо откинулся на стуле, ожидая, когда клиент закончит знакомиться с ее содержимым.

– Уверяю вас, бумаги в полном порядке, – в конце концов заметил Хоуг. – По завещанию вашего отца, составленному 10 апреля 1871 года, все состояние оставлялось вашей матери.

На щеке Калеба дернулся мускул. Итак, старик вычеркнул его из завещания в тот самый день, когда он покинул Шайенн.

Хоуг облизнул губы и поправил тесный воротник.

– Первоначально ваша матушка хотела, чтобы все осталось мужу, а в случае, если она его переживет, дом должен был быть продан, а деньги пересланы в Англию его сестре. В завещании вашего отца говорилось о том же.

Задумавшись о том, что же вызвало трещину в отношениях между этим наемником и Дунканом Страйкером, Хоуг помедлил.

– Весной восемьдесят первого года ваш отец заболел, и вскоре после этого его жена изменила свое завещание. Теперь оно было составлено так, что если бы что-нибудь случилось с мистером Страйкером-старшим, вы становились единственным наследником всего имущества.

– Старик знал об этом?

– Нет, не думаю. – Хоуг окунул ручку в чернильницу, стоящую на углу стола, и передал ее Калебу. – Будьте добры, распишитесь тут. И еще тут.

Хоуг снова откашлялся. Ему уже не терпелось поскорее закончить дело Страйкера и забыть о нем.

– Ну вот, теперь все улажено. – Он промокнул обе подписи, аккуратно сложил один экземпляр документов и положил в большой коричневый пакет, лежавший в общей папке. – Вы найдете здесь все бумаги по дому и ранчо, тут же ключи и копия завещания вашей матери. Джо Бригмэн все еще работает управляющим на ранчо. Он там за всем присматривает с тех пор, как ваша матушка умерла.

– Благодарю.

– Советую заглянуть в банк. Без сомнения, вексель «Рокинг-С» в этом году значительно поднялся в цене. Вам лучше навести справки по этому вопросу.

– Вексель?

– Да. Ваша мать взяла деньги под залог ранчо и выслала их в Вашингтон. – Хоуг удрученно покачал головой в знак величайшего неодобрения того, что женщины иногда берутся заниматься делами, в которых ничего не смыслят. – А еще прошлым летом она отправила в резервацию больше сотни голов скота. Кое-кто пытался ее отговорить, но она сказала, что индейцам очень нужно свежее мясо.

Коротко кивнув, Калеб сгреб со стола пакет и вышел из офиса. «Молодец, мамочка, – думал он, – какая же ты умница!»

Некоторое время Орвилл Хоуг смотрел вслед Страйкеру. Итак, это и есть наследник. Раньше он много слышал об этом человеке, да и что удивительного – все в городе слышали о нем. Работая на правительство, он за последние восемь лет заслужил неплохую репутацию. Поговаривали, что в случае опасности он хватается за ружье с быстротой молнии и что ему безразлично, доставит ли он преступника в седле или же перебросит его через конскую спину, только уже мертвого.

Хоуг покачал головой. Парень больше смахивал на индейца, чем на белого. Кожа смуглая, длинные черные волосы падают до плеч, глаза холодные и серые, как ружейная сталь.

Быстрый переход