– Ты… – Анна растеряно моргает, осмысливая услышанное.

– Я не смог сказать «нет», – с досадой качает головой Флеминг. – Ты бы ее видела. Она была не в себе, как, впрочем, и долгое время до этого разговора. Я боялся, что Мири сотворит что-нибудь с собой. В итоге мы договорились, что, если через полгода ничего не изменится, мы тихо разведемся.

– Но… – Аннабель хмурится, оборвав себя на полуслове. В горле невыносимо першит, и она допивает остатки вина.

– А потом Мириам начала писать свой роман, и он поглотил ее целиком, – продолжает Алан. – Мы почти не виделись, хотя жили в одном доме, но иногда на нее накатывало, и Мири принималась усиленно играть роль любящей жены. Эти эпизоды можно было сосчитать по пальцам, но она полагала, что приложила достаточно усилий для спасения нашего брака. Я же изначально знал, что любые попытки склеить то, что давно разбилось, обречены на провал. Так совпало, что оговоренный срок выпал на презентацию ее рукописи. Мири выглядела такой счастливой из-за свалившегося на нее успеха, гордилась собой и радовалась каждому положительному отклику критиков. Мне не хотелось омрачать ее триумф. Документы на развод пролежали в ящике моего стола несколько недель, пока я ждал подходящего момента, но он так и не наступил. Вот что я имел в виду под словами «не успел». Я готов был дать нам обоим возможность начать жить с чистого листа, но уже не вместе. Я собирался отпустить ее, Эни! – Договорив последнюю фразу, Алан устремляет на гостью подкупающе искренний взгляд, и Анна снова ловит себя на слабовольном желании довериться, принять его сторону, откинуть прочь сомнения.

– Ты не сообщил следователям, что хотел развестись с женой? – спрашивает она, вырвавшись из оков наведенного Флемингом морока.

– Шутишь? Они бы с меня не слезли, – ухмыляется Флеминг.

– Значит, ты понимаешь, как мне сложно поверить в подлинность твоих слов? – воспользовавшись моментом, подлавливает его Анна.

– Предложи свою версию, Эни. – Откинувшись назад, Алан разводит руками.

– Уверен, что хочешь услышать? – Она снова тянет, сама не понимая, зачем дает Алану возможность выкрутиться. Радужки ее глаз заметно темнеют, когда он прикуривает сигарету. Медленно, лениво, с удовольствием. На мгновение засмотревшись, Аннабель вновь теряет нить разговора. Мысли как шальные разбегаются в разные стороны, словно это ее мозг подвержен прямому воздействию никотинового яда. Говорят, пассивное курение не менее опасно, но почему ей кажется, что причина кроется в другом?

– Слушаю, Эни. – Алан выразительно сморит на нее сквозь серые клубы дыма. – Сгораю от любопытства.

– Это она попросила развод, а ты настаивал на примирительном сроке, – приподняв подбородок, смело начинает Анна. – Мириам уступила, полностью погрузившись в рукопись. Триумф и успех «Индиго» сделали ее финансово независимой и более уверенной, в то время как популярность твоих книг стала падать. Она больше не нуждалась в тебе и в тот роковой день сообщила о том, что собирается начать бракоразводный процесс. Ты разозлился, и не без причины. Она изменяла тебе, хотела уйти к другому – такое непросто принять и простить. Вы поругались. Возможно, ваша ссора действительно произошла около бассейна, ты ее толкнул или она сама споткнулась и упала, после чего ударилась головой о бортик, соскользнула вниз и утонула.