|
И нам не понять, к добру или к худу мы сейчас поступаем. Не дано. И все. И с этим придется смириться. Попытаться выжить, понятное дело, выкрутиться, ну и отстоять высокие идеалы. Ты как по поводу высоких идеалов?
— Пошел ты! — с чувством сказал Иван.
— Думаешь, я от тебя ожидал чего-нибудь другого? Ни секунды не ожидал. В задницу, в передницу… А я, между прочим, не просто пошел, а еще и тебя с собой беру. У нас на вечер назначено интервью с кем бы ты думал?
— С кем?
— Нет, ты угадай, — капризным тоном приказал Круль.
— Не собираюсь.
— С тобой неинтересно. Совсем. Ты не любопытен. Во всех отношениях. Ты сам не любопытен и ни для кого не любопытен. Балбес. Почему я на тебя трачу свое время, силы и здоровье? Почему мне было приказано охранять тебя, а не кого-нибудь другого? Почему?..
Закончить тираду Круль не успел. За кустами грохнуло как из пушки, пуля ударила в ствол дуба, под которым лежал Иван.
Глава 10
— Твою мать! — пробормотал Иван, откатываясь за дерево и выхватывая пистолет.
Круль успел выстрелить трижды, прежде чем к перестрелке подключился «умиротворитель». Пули рвали листья на кусте, срезали тонкие ветки и разрывали ветки потолще.
— Стоп! — проорал Круль.
Иван перестал стрелять.
— Обойдем? — тихо спросил Круль. — Или ну его?
— Ну его, — сказал Иван. — Наше счастье, что стреляли пулей, а не картечью. Согласен?
— Не без того. — Круль встал на колено, держа куст под прицелом пистолета. — И пуля высоко прошла, будто он в стоячего стрелял. А мы — лежали.
— Просто намек? — спросил Иван.
— Очень прозрачный. Что они имели в виду?
— Ну… чтобы мы не ходили по лесу, например. — Иван встал, не опуская оружия.
— Или убирались отсюда ко всем чертям. — Круль тоже встал, подергал по очереди ногами, разминаясь. Демонстративно принюхался.
— Что еще? — поинтересовался Иван.
— Если пан услышит, что к запаху серы примешивается запах сероводорода, так то не от страха, а от злости, — сказал Круль. — Сейчас мы медленно-медленно, прикрывая друг друга, как на показательных выступлениях, отходим к населенному пункту. Там меняем нижнее белье и отправляемся на встречу к самому главному в этом сумасшедшем доме.
— Без тебя было намного спокойнее, — сказал Иван.
— Зато не так весело, — ответил Круль. — Я вон уже весь обхохотался…
— А ты напрягся, красавец. — Иван на секунду перевел взгляд на предавшегося и даже подмигнул ему эдак с иронией. — Вибрируешь…
— С чего это ты взял? — Круль медленно водил стволом пистолета, вглядываясь в растительность вокруг поляны. — Мои нервы выкованы из стали… и закалены в адском огне…
— Вибрируешь, красавец, вибрируешь… Ты, когда нервничаешь, начинаешь всякие глупости говорить либо о бабах, либо о дерьме…
За деревьями и в подлеске ничего не шевелилось, Иван начинал чувствовать себя глупо, вот так целясь из пистолета в целый лес. И вообще, если бы их действительно хотели убить, то убили бы… пугали их, ясное дело…
— Чуешь? — Круль шумно втянул воздух носом. — Это мне кажется или пахнет…
— Сероводородом?
— Кровью пахнет, Ваня…
Иван принюхался — благоухающий рядом с ним Круль напрочь перебивал все запахи. |