Еще есть шанс, что Круль провернет свой старый трюк и вызовет демона прямо в один из трупов, лежащих рядом. Круль может. Как хочется жить!

Как хочется жить, с удивлением повторил Иван. Впервые он сформулировал эту простенькую истину с такой искренностью и однозначностью. И еще, понял Иван, нельзя допустить открытия портала. Круль не врет. Сейчас — Круль не врет. Незачем ему врать. Он предан делу ада и Бездны, но то, что в нем осталось человеческого, четко разделяет весь мир на правильное и неправильное. И допустить смерть сотен тысяч людей — неправильно. Даже не сотен тысяч — просто сотен. И Круль…

— Они говорят правду? — спросил майор.

Крыс не ответил.

Майор шагнул к нему, схватил за плечи и поднял, пытаясь заглянуть в глаза.

— Они говорят правду? Они…

Выстрел прозвучал негромко — ствол «вальтера» был прижат к животу майора. Тело осело на землю.

— Сволочи вы, — с укоризной в голосе сказал Крыс. — Хорошего человека заставили убить…

— А он бы все равно погиб. — Иван перестал чувствовать руки и ноги, было больно и неудобно. И унизительно. А еще — страшно. Настолько страшно, что Иван даже ощущал к себе нечто вроде брезгливости. — Ты забыл, что демоны и портал…

— А это неправда! — Крыс наклонился, обыскал тело майора, достал сигареты и зажигалку. Закурил. — Неправда это! Будет вызвано пять демонов…

— А майор, наверное, уже в аду, — задумчиво сказал Круль. — Вчера была пятница, сегодня — суббота, Божий мир, никуда не денешься. Из этого следует, что майор, который убил в субботу и не получил отпущения, отправляется в ад. И рассказывает дьяволу свою нехитрую историю.

— Сволочи! — выкрикнул Крыс. — Ублюдки!

Он даже ударил ногой Круля, но попал в бронежилет и закряхтел от боли.

— Это вы его довели до такого… Вы специально!

— А если да, то что из этого? — спросил Круль. — Время идет, срок уже близенько. Что бы ты ни планировал: пять демонов, миллион, одну штуку — информация уже пошла. А дьявол, ты уж мне поверь, сможет все просчитать. Он-то знает все обряды.

— Твою мать! — Старик отбросил сигарету. — Ладно, будем действовать.

Крыс бросился к телефону, крутанул ручку.

— Я сейчас пойду в здание. Со мной будет три единицы багажа. До блокпоста я их доставлю, а там ты вышли своих. Да. И быстрее…

Крыс окликнул солдат, стоявших вдалеке, приказал поднять Ивана и Круля и нести к интернату.

Солдаты бросали быстрые взгляды на тело своего комбата, но спорить не стали, по четыре человека взяли Круля и Ивана. Тепа встал и пошел сам.

Возле остатков блокпоста их ждали другие солдаты.

В свете уцелевшего фонаря Иван увидел струйку крови, вытекающую из-под разбитой бетонной плиты. Солдаты, несшие его и предавшегося, аккуратно переступили через кровь.

Окна первого этажа интерната были забраны массивными решетками. Иван как-то не обратил внимания на это в первый свой визит в интернат. Получалось, что любая атака все равно захлебывалась здесь. Значит, шансов у них все равно не было. Коридоры были освещены, в дверях стояли солдаты, молодые ребята, одетые в камуфляж и вооруженные автоматами. Недавние выпускники интерната. С ними рядом были ребята и девушки помладше. И тоже с оружием.

Их лица имели одно и то же выражение — восторженная озабоченность, подумав, сформулировал Иван. Им что-то сказали, как-то объяснили то, что возле интерната гремят взрывы и выстрелы.