У НАС НЕРЕДКО РАЗДАВАЛИСЬ ТЕЛЕФОННЫЕ ЗВОНКИ, В КОТОРЫХ ЛИБО НАМЕКАМИ, ЛИБО В ОТКРЫТОЙ ФОРМЕ РЕДАКЦИИ И ЖУРНАЛИСТАМ УГРОЖАЛИ.

ПОСЛЕ ПУБЛИКАЦИИ МАТЕРИАЛОВ О ДАЧАХ ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫХ САНОВНИКОВ ЗАВЕДУЮЩЕМУ ОТДЕЛОМ, КОТОРЫЙ ГОТОВИЛ ЭТОТ МАТЕРИАЛ, ПОЗВОНИЛИ И СКАЗАЛИ, ЧТО ЕСЛИ ГАЗЕТА БУДЕТ И ДАЛЬШЕ ИНТЕРЕСОВАТЬСЯ ЭТОЙ ТЕМОЙ, ТО С ЖУРНАЛИСТАМИ МОЖЕТ ПРОИЗОЙТИ ТО ЖЕ САМОЕ, ЧТО И С ДМИТРИЕМ ХОЛОДОВЫМ».

«Аргументы и факты», № 12, 1997 г.

Ровно в девять тридцать дверь отворилась и вошла Марина со стопкой газетных статей и факсов. Вельзевул поднял голову и застыл в позе готовности к прыжку. С начала нашей совместной жизни он всегда занимал эту позу, когда в помещение входил посторонний. А посторонними для него были все, кроме меня и моего советника Якова Борисовича Винера. И Винера, и Марину мне прислал Кардинал. Винер не вникал в дела  «Роспанинвеста», но был в курсе всех моих контактов, а Марина помимо обязанностей секретаря служила мне в качестве переводчицы, свободно владея четырьмя европейскими языками. Я заметил, что считать ее только переводчицей было бы опрометчиво, так как в ходе переговоров, которые я успел провести за последний месяц в качестве президента «Роспанинвеста», выяснилось, что в вопросах инвестиций и банковских операций она разбирается значительно лучше, чем я. Но главное, она умела как-то незаметно направить переговоры в нужное русло и как-то незаметно держать под контролем их ход.

Ее нельзя было назвать красивой, но мелодичный голос, взгляд, мимика, жесты и безукоризненная фигура привлекали к ней внимание мужчин гораздо сильнее, чем красота. Между нами установились вполне дружеские, деловые отношения.

— Что у нас новенького? — спросил я, отхлебнув кофе.

— Звонили из клуба «Деловые люди». Просили подтвердить ваше участие в сегодняшнем банкете.

Клуб «Деловые люди» был образован сразу же после президентских выборов и помещался в здании бывшего Музея Революции, которое до семнадцатого года занимал «Московский английский клуб». Среди его членов было немало тех, с кем Кардинал мне настоятельно советовал «подружиться». Помимо бизнесменов, здесь сплошь и рядом мелькали фамилии политических деятелей всех мастей, а также известных актеров, дикторов радио и телевидения и журналистов.

— Подтверди, со мной будет Винер.

Я углубился в газетные статьи, подобранные аналитическим отделом для меня и Винера.

Так. Уведомление Министерства информации о закрытии газеты «Московский комсомолец» за дезинформацию граждан. Это уже шестая газета, пострадавшая «за четко выраженную гражданскую позицию». По-моему, Темная Лошадка бьет по «килькам». Скажем, «Независимая газета» представляет гораздо большую опасность для диктатуры, но президент почему-то ограничивается только полемикой с оппонентами на страницах той же газеты.

Бюллетени исполнения смертных приговоров. Указы президента о проведении расследования кампании приватизации в первой половине девяностых годов, а также деятельности правительства и ряда министерств в период демократии.

А вот известие от Николая Ивановича. Газета «Сегодня» в разделе «Происшествия» сообщает: «Вчера утром водители автотранспорта, проезжающие по набережной в районе Крымского моста, заметили человека, висевшего на мосту в нескольких метрах от поверхности Москва-реки, о чем незамедлительно сообщили в органы милиции. Прибывший на место происшествия милицейский наряд втащил повешенного на мост. Им оказался бывший министр обороны Павел Грачкин, два месяца назад совершивший дерзкий побег из специзолятора „Лефортово“. Ответственность за теракт против бывшего министра взяла на себя „Святая тайная инквизиция“, организация, деятельность которой будоражит общественность уже несколько месяцев.