Откинувшись на спинку сиденья, он смотрел на нее несколько долгих секунд.

— Хочешь узнать кое-что еще?

— Я… я не уверена. — Она задыхалась.

— Я хочу сделать это снова. — Он снял с нее очки. — Скажи откровенно, ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя, Элисса?

Очарованная его потрясающе сексуальным взглядом и многообещающей улыбкой, она не стала колебаться.

— Да.

Кейлеб не спеша вынул из ее волос сначала одну шпильку, потом другую.

— У тебя красивые волосы. Тебе следует, почаще их распускать.

— Я всегда ненавидела свои волосы, — честно призналась она.

— Почему? — Он провел по ним рукой, прижал ладонь к ее затылку и начал наклонять к себе. — На ощупь они напоминают шелк.

Элисса не могла дышать, не то, что думать. Закрыв глаза, она позволила Кейлебу коснуться губами ее губ, потом поцеловать ее так нежно, что она почувствовала себя самой обожаемой женщиной на земле. Что было такого в этом мужчине, что она не могла перед ним устоять?

Он дразняще коснулся ее губ кончиком языка, и она решила не обращать внимания на то, что в его присутствии лишается собственной воли. Честно говоря, ей нравилось, как она себя чувствует, когда он ее целует, и ей вовсе не хотелось, чтобы он остановился.

Язык Кейлеба оказался у нее во рту, и уже в следующее мгновение Элисса ответила на поцелуй с неожиданной для самой себя силой. Ее ответ быстро вызвал у него такое желание, что даже закружилась голова. Впервые за тридцать лет жизни он чувствовал подобное волнение от одного лишь поцелуя.

Он медленно вытащил ее блузку из-под пояса юбки и сунул руку под бежевый шелк. Нежно лаская упругую грудь, он покрывал поцелуями ее губы и длинную шею.

Элисса еле слышно застонала от удовольствия, и его снова захлестнула жаркая волна желания. А когда девушка расстегнула на его рубашке несколько пуговиц и сама принялась его ласкать, джинсы сразу сделались, ему тесны.

— Ну, ты даешь, парень! И как далеко вы пойдете? Можно посмотреть? — раздалось вдруг рядом.

Через ветровое стекло Кейлеб увидел несколько ухмыляющихся подростков. Они шли мимо их машины к торговым автоматам.

Черт! Он не мог найти для поцелуя более неудачного времени.

Кейлеб с трудом глотнул воздуха и поправил на Элиссе блузку.

— Милая, мне бы очень хотелось целовать тебя дальше и не останавливаться на этом. Но если мы станем продолжать, кто-нибудь вызовет полицию. А у меня как-то нет желания, чтобы нас с тобой арестовали за непристойное поведение в общественном месте.

Элисса молча уставилась на него, но румянец у нее на щеках ясно давал понять, что она тоже забыла, где они находятся.

— Светло, как днем, — оглядываясь по сторонам, сказала она. — Который час?

Он взглянул на часы и помотал головой, чтобы мысли прояснились.

— Начало девятого.

— А где обещанный автомобиль напрокат? — Она отодвинулась на пассажирское сиденье. — Я предполагала, что нам его доставят к четырем.

Кейлеб пожал плечами.

— Они опаздывают.

— Ты не шутишь? — Она заправила блузку. — Ты им звонил?

— Сейчас позвоню. — Он быстро набрал номер, поговорил с диспетчером технической помощи и повернулся к Элиссе.

— Шофер почему-то решил, что мы находимся к северу от Сокорро. Когда он не нашел нас там, то повернул обратно в Альбукерке, вместо того, чтобы позвонить в службу и уточнить, где мы находимся.

Кейлеб не стал добавлять, что нисколько не жалеет об этом. Он с наслаждением держал ее в объятиях, пока она спала.

— Они пришлют другую машину?

Он отрицательно покачал головой.