— Это не по Кануну.

— Зато по закону.

— Для меня закон — Канун.

— Скажи, уважаемый Али, а кто ответит за рабов, которых ты держишь? За наркотики, которыми ты торгуешь

— Я не торгую.

— Если я скажу, ты будешь торговать

…

— Не пытай судьбу Али, она не на твоей стороне. Интересы нации выше твоих личных. Мы сами разберемся, а сейчас — уезжай.

— Сербов на свете много.

— Как и полицейских, Али. Схватишь серба, любого — и полицейские всего мира будут мечтать схватить тебя.

…

— Смирись, Али. И поезжай домой

Али с трудом проглотил гнев

— Ты пожалеешь о том, что сделал. Отныне нет дружбы

— Она есть. Пока есть доллары, есть и дружба. Или ты хочешь жить и не иметь доллары?

19 мая 2022 года. Белград, Сербия. День девятый

День начинался с гари покрышек, с криков за окном, с кислого привкуса во рту и ощущения совершенной непоправимой ошибки.

Короче, плохо он начинался…

Утром — меня разбудил Лука, он прорвался через кордон протестующих у министерства. Здесь было не так плохо как вчера, основной митинг переместился к «Центральному затвору» — главной сербской тюрьме, тоже еще времен Тито. Собравшиеся там люди — жаждали не правосудия, а мести…

— Пан полковник…

Я пошевелился… потом посмотрел на часы. Все тело затекло…

— Черт… девять уже…

— Я кофе сварю

— Меня от кофе вырвет…

Потянулся, чувствуя в теле какую-то тяжелую, ноющую пустоту. Не заболеть бы… не мальчик все-таки

— Я слышал, вы Спиро арестовали.

— Я его не арестовал.

…

— Я его забрал у Василия. Угрожая ему пистолетом.

Лука поцокал языком

— Это плохо. С такими, как Василий лучше не связываться.

— Это так надо. Полицейский должен всегда оставаться полицейским. Ты футболиста того нашел? Ну что оскорбил Михайловича?

— Нет пока.

— Поехали вместе искать.

— Только кофе выпью. Вы не будете?

Я прислушался к себе

— Нет.

…

В машине — разговор продолжился

— Что Спиро? Признался?

— Нет. Сказал, что просто трахнуть кого-то хотел.

— Ну да, еще бы он признался…

— Мне кажется, он не врет.

— Это почему?

— Где Аня провела весь день? Он что ее целый день насиловал с дружками перед тем как убить?

— Может и целый день.

— А где он это делал? У него ни квартиры и дома тут нет. Он здесь чужак. Если бы не было этого целого дня между тем, как Аня пропала с экранов радаров, выбросив телефон, и временем ее смерти — может я и поверил бы. Но так… нет.

…

— Полицейский, Лука — это не профессия. И даже не образ жизни. Это состояние ума. Если полицейский смиряется с тем, что у него нет ответа на какой-то вопрос, который бы объяснял все без изъяна — он не полицейский.

…

— И полицейский не часть своего народа. Он страж своего народа, а это другое.

Лука вздохнул

— Тяжело быть полицейским.

— Еще бы…

…

Сегодня футболисты Партизана были на своем стадионе, не на тренировочной базе. Вечером туи должен был состояться матч, но уже сейчас, с утра — сербская специальная полиция готовилась к отражению угрозы массовых беспорядков.