Меня подняли к министру — он пожелал лично все выслушать. Я коротко рассказал, потом ждал в пустой приемной, пока они там совещались. Потом вышел Йованич, коротко кивнул — мол, за мной. Мы спустились к его кабинету.

Закрыв дверь, он включил чайник для кофе. За окном — уже метались обезумевшие от предвкушения призраки, тлело зарево — внизу уже подожгли шины. Горела шина, пылала — с наступлением дня все будет еще хуже.

— Лучше бы вы позволили Василию его пристрелить — в сердцах сказал Йованич

— Простите?

— Что слышали! Так у нас появилась бы возможность обвинить Никича в убийстве, и с этим типом не пришлось бы разбираться.

— Знаете, он тоже хотел его пристрелить. Я угрожал ему пистолетом, чтобы этого не произошло.

— И зря.

— А почему? Мы тут расследованием занимаемся — или чем-то другим?

— Хватит демагогии! Вы выкрали человека из Италии.

— Никич выкрал, я то тут при чем?

— Без разницы!

— А то, что этот человек подозревается в убийстве, это как? Американцы в таких случаях не церемонятся.

— Это американцы. Где американцы, а где мы.

…

— Этот парень, Спиро Леши — знаете, кто такие Леши?

— Нет.

— Это род крупных феодалов. При короле Зоге они были князьями. При Энвере Ходже — они возглавляли местные колхозы и партийный аппарат, потому что никто иной с горными жителями не справился бы. Сейчас, при демократии — они занимаются бизнесом, но суть та же самая. Отец Спиро Леши — крупный рабовладелец. И мафиози.

А Албания — кандидат на вступление в ЕС и член НАТО.

— Когда он узнает, что сына его похитили сербы — он просто взбесится. Начнется кровная месть. Мы вынуждены будем ответить и возможно, дело кончится войной.

Я подумал, что может, так и было задумано. Может, и Василий и я — уже играем по невесть кем написанному плану.

— Но и отпустить мы его не можем.

Вскипел чайник. Разливая его по чашкам, Йованич с горечью заметил

— Надо будет его к судье везти, а как это сделать? Его не вывести из здания — убьют на месте, если попытаемся. И его и конвой.

— Привезите судью сюда.

Йованич грустно посмотрел на меня и подвинул чашку с растворимым кофе

За окном — мелькали призраки…

Информация к размышлению. Из книги А. Шарого «Балканы»

…

ХХ век и сербское возвращение оказались периодом системной колонизации. В первой Югославии косовских албанцев объявили принявшими ислам славянами; многие из них по своей воле или под давлением обстоятельств «записывались турками» и уезжали за Босфор; еще одна мощная волна эмиграции последовала после Второй мировой войны, в первое, самое жесткое коммунистическое десятилетие. Сербов в область завозили и при королях, и при маршале — администрация, партийный и чиновничий класс, военные и милиционеры, бюджетная и промышленная сферы были в значительной степени славянскими. Албанцам оставались труд на полях и в шахтах, мелкие торговля и предпринимательство да демонстрация достижений в науке, спорте и культуре. Ни одна из кампаний переселения не оказалась до конца успешной: многих, кому предлагали обосноваться в этих краях, отпугивали трудные условия жизни; другие с опаской относились к местным укладу и традициям; в Косове своеобразно действовала система социальных лифтов, если они ходили между этажами вообще. Никогда, даже в благоприятные для центральной власти демографические периоды XX столетия, число южных славян здесь не составляло и трети населения.