– Далеко же ты забрался, – проворчал Дмитрий. И как этот сверхинтеллигентный ребёнок умудрился запомнить дорогу? Тем более, что мама его жаловалась на абсолютный, как она выразилась, «топографический кретинизм» сына. «Он даже в метро умудряется заблудиться!» Видать, лес всё же попроще. Или тут нет мамы с её гиперопёкой.

– Кажется, здесь! – Максим остановился возле огромной ели, сломанной у основания ствола. – Чувствуете?

Дмитрий почувствовал. Вновь заныло в желудке, и ледяная струйка стекла между лопаток. Кто‑то здесь определённо был. Кто‑то спокойно и вместе с тем заинтересованно наблюдал за ними. Сперва Дмитрию показалось, будто шевелятся высокие кусты малины. Потом он понял свою ошибку. Не движение – а взгляд. Странный, холодный взгляд – причём со всех сторон одновременно. И ещё – запах. Вроде и не явная вонь – но что‑то гаденько‑склизкое, вызывающее ассоциации с помойным ведром.

– Кто здесь? – сдавленным голосом прошипел он и изо всей силы сдавил топорище.

Ответа не последовало – если не считать ответом глухое, на пределе слышимости, рычание. Если бы миллион мух жужжали строго в унисон – пожалуй, получилось бы похоже.

А спустя мгновение сзади раздался лёгкий шорох. Дмитрий резко обернулся. Максим последовал его примеру – и луч фонаря высветлил из плотной тьмы фигуру.

– Ни фига себе… – вырвалось у Дмитрия. Такого зверя ему ещё не доводилось видеть. Даже в зоопарке. Его можно было бы счесть волком – но размеры! Такие размеры приличествуют медведю – и не из самых мелких. Задние лапы значительно длиннее передних, острые уши скошены назад. И морда – не по‑волчьи и уж тем более не по‑медвежьи вытянута, едва ли не на полметра вперёд. Скорее уж щучья пасть – если представить себе мохнатую щуку на четырёх лапах и весом с тонну.

– Максим! – одними губами прошипел он, – быстро назад! В лагерь! Поднимай всех!

– Я с вами, Дмитрий Александрович! – парень, оказывается, подобрал уже какую‑то обломанную ветку, в первом приближении смахивающую на дубину. Смех сквозь слёзы.

– Ты что, не понял? Погеройствовать захотелось? Живо в лагерь, там же мелкие! Пусть снимаются! Пусть по мобильному куда‑нибудь позвонят!

– Куда? – горько скривился Максим. – В милицию? Или сразу в зоопарк?

– Хватит болтать! А ну пошёл!

Дмитрий сунул мальчишке в руку фонарик – и уже не глядел за спину. Гораздо важнее было то, что впереди.

Странно, почему зверюга не нападала. Стояла в пяти шагах, утробно рычала, посверкивая жёлто‑зелёными глазами. Фонаря больше не было, но лунный диск наконец‑то нашёл себе лазейку в переплетении крон – и сейчас равнодушно заливал прогалину.

В лунном свете тварь казалась ещё крупнее. Короткая, видимо, жёсткая шерсть, какого цвета – не разобрать. Мощные лапы, а уж когти… одним таким когтем можно перевернуть Землю… или по крайней мере разодрать человеку горло.

А зверь ли это? Может, опять сон? Чушь, не бывает таких снов… И что теперь делать?

Собравшись внутренне, он сотворил крестное знамение, негромко произнёс: «Взбранной воеводе победительная…» Тварь, как он этого и боялся, не растворилась в ночном воздухе. Даже острым ухом не повела.

– Господи, ну сделай же что‑нибудь! – мысленно простонал Дмитрий и осторожно обернулся. К счастью, пацана уже не было. Значит, скоро поднимется переполох. А что они смогут, если зверь направится прямиком туда, на опушку… где так много сочного детского мяса? Куда позвонят? Да кто им вообще поверит? И всё‑таки… Всё‑таки хоть какой‑то шанс у них есть… если только протянуть время… как можно дольше задержать чудовище.