- Послезавтра.

- Слушай, - повторил Сергей. - Я так понял, что в поселок вы ходите часто. Завтра в двенадцать дня...

- Лучше в три, - сказал Один-Ноль.

- Хорошо. В три часа ровно пройдись мимо здания полномочного представителя президента. За тобой увяжется человек в форме капитана инженерных войск. Таким образом ты и доведешь его до места, где вы сможете поговорить. Не забудь, о чем я тебя просил.

Марк пожал руку командиру разведчиков и впервые увидел, как подмигивают одноглазые. Во взгляде Скумбатова проскользнуло явное облегчение. И еще одиннадцать человек сегодня смогут вздохнуть относительно свободно, освобождаясь от непомерного груза измены. Точнее, от ножа в спину - ножа именно в их спину, а не наоборот.

35

Расчет лейтенанта Скумбатова располагался в отдельной брезентовой палатке с полом, напоминающим стлани в катере. В центре - печка-буржуйка. Шесть коек справа, шесть - слева. Тринадцатая, стоящая у дальней стенки, пустовала. На ней не было даже матраса: все постельные принадлежности Виктора Заплетина сдали, оставив лишь байковое одеяло, которым заправили кровать покойного командира. Личные вещи старшего лейтенанта забрал Казначеев, чтобы через особистов передать жене.

Одетый в бушлат и толстые шерстяные носки Скутер лежал на кровати с закрытыми глазами и ничего не видел и не слышал. Через наушники Скутер внимал "Скутеру": "How Much Is The Fish?" ("Почем рыбка?").

Пантера подложил под голову две подушки и читал вторую половинку разделенной пополам книги. Первую половину романа заканчивал Рубильник и изредка беспокойно посматривал на товарища - сколько тому осталось.

- Ты на какой странице сейчас читаешь?

- На четыреста двенадцатой, - отозвался Пантюхин.

- А всего сколько?

Злодей заворочался на своем месте и с трудом оторвал голову от подушки.

- Я сейчас порву вашу книгу! Вы или читайте, или... - Чернов грозно замолчал. - Вон Скутер - лежит и молчит.

- У него сейчас кассета кончится, и он встанет.

- Подкидыш, ты пишешь письмо, вот и пиши.

- Я рисую медвежонка, - вздохнув и улыбнувшись, внес коррективы Найденов, склонившийся над листом бумаги. Рядом лежал уже подписанный конверт. - Дочке своей пошлю. Она медведей любит. А сын любит хищников пантер, тигров, акул.

- Рисуй молча, а? Дай поспать человеку. - Злодей накрылся подушкой, надеясь заглушить болтовню приятелей.

Каркасная дверь палатки распахнулась, пропуская командира и облако пара, скользнувшее за ним.

- О! - Подкидыш отложил авторучку и потер руки. - Один-Ноль колобуху получил.

Колобухами бойцы называли посылки, колобок, мол, прикатился.

Когда Скумбатов проходил мимо Колесникова, Удав тронул пакет снизу.

- Водка?.. Да не одна! Товарищи офицеры, вдарим по натянутым нервам?

Все как один собрались возле койки одноглазого командира.

- Кто приезжал? - спросил Македонский.

Один-Ноль пожал плечами:

- Один очень странный человек. Запевала-то, оказывается, застрелился.

Скумбатов передал товарищам разговор с Марковцевым и оглядел притихших бойцов.

- Мужики, - тихо сказал лейтенант, - судя по всему, нас бросают в какое-то пекло. Если мы выберемся оттуда, нас простят. Или грехи наши забудутся, как сказал мне новый знакомый.

- А ротный? - спросил Найденов.

- Не наша проблема. Этот Сергей, как я понял, представляет какую-то правительственную структуру, и там знают о наших похождениях. Одним словом, нам предлагают сделку. Что и как будем решать, а, мужики? Я - "за". Мне все это дерьмо осточертело. Не сегодня завтра я заколю ротного - как свинью.

Скумбатова от этого поступка удерживали только мысли о семье. Что будет с женой и ребенком, когда они останутся одни? Нет, они не пропадут, но дочка вырастет совсем другой - не такой, какой бы ее хотел видеть в будущем лейтенант Александр Скумбатов.