— Надо же так попасть. — С некоторым удивлением заключил сталкер. — И чего теперь делать? — Рут заворчал и перевернулся на спину. Всхрапнул. Кут зачмокал во сне.

— Да. Пожалуй, именно так и поступим. — Сталкер положил винтовку на землю и лёг сам, вскоре он уже крепко спал.

…Всё как в тумане. Большое помещение просто огромное, потёртые серые стены. Далеко у стены, какие-то люди. Трое. Страх, дикий страх исходит от них. Но они не в силах убежать и…, что-то с ними не так. Окурок попробовал приглядеться получше: он мог видеть очень далеко. Но здесь не смог. Почему-то зрение вдруг стало очень плохим. Он видел этих людей, согбенные, трясущиеся фигуры, всклокоченные волосы, белые длинные халаты, но деталей разглядеть не мог. А ведь они были совсем рядом, метров двести не более. Что же это с глазами? И почему всё в каком-то тумане, а тело будто ватное?

— Психи. Не беспокойтесь, они все умалишённые. Идиоты. Ни кто не будет за них волноваться. В конце концов, вы сами требовали убедительных испытаний!

— Да мне плевать, кто заготовлен в качестве жертвы. Хоть вы сами лично, хоть этот лысый ублюдок, господин Президент. — Услышал он чужой и кажется свой, голос. Полный брезгливости к говорившему и к существам у стены. Именно. Людей он в них не видел, даже зомби. Просто бездушные куски мяса. Окурок был поражён, он хотел что-то сказать, но вопреки воле его тело рассмеялось. — Главное, что бы их не хватились. К барьеру мой дорогой Франкенштейн!

— Зря вы так. — Мрачно пробормотал худой и очень бледный человек, в белом халате. — Ведь они всё-таки люди. Смерть для них лучший выход, их жизнь уже и не жизнь, существование. Но, тем не менее, можно было бы проявить хотя бы капе…

— Док ты сам заткнёшься или мне свернуть твою челюсть?

— Простите. — Человек протянул что-то напоминавшее внешне винтовку. Только она была какой-то уж совсем странной. Вместо обоймы мягко сияющий, маленький диск, очень широкое дуло и сама она размерами больше походила на несколько крупноватый УЗИ. — Стрелять я сам не стану. Я её сделал, я нашёл материал для испытаний и я считаю что для самого материала, ему лучше быть уничтоженным. Но сам я не смогу. Стреляйте вы.

— Однако! Дорогой мой, сумасшедший учёный, не ожидал от вас такого чистоплюйства. Ладно, давайте мне вашу игрушку. — Окурок рассмеялся и против своей воли взял странное оружие в свои руки…, какие же однако, странные руки. Не его, совершенно точно не его руки. Крепкие кисти, мягкая гладкая кожа. Какие-то кольца, аккуратно подстриженные ногти. Вот почему голос кажется странным: это вовсе не он! — С удовольствием пристрелю пару двуногих! Батарея полностью на основе артефакта?

— Нет. — Учёный пропал из вида, теперь некто в чьём теле был сейчас Окурок, тщательно целился от плеча. — Из одной «грави», можно сделать семь батарей. Пока я не решил проблему перезарядки. Батареи одноразовые. Но в будущем при соответствующем финансировании я думаю, будет возможно…

— Бабла ты получишь столько, сколько тебе потребуется. Плюс премия, на маленький аэродром, с парой боингов лично для тебя.

Он нажал спуск, кнопку на боку винтовки. Оружие издало ухающий звук и небольшая размытая дымка с огромной скоростью устремилась к стоявшим у стены фигурам. Миг и там, где только что стоял человек, возникла два на два метра такая же дымка.