Мне тоже резко поплохело, захотелось курнуть и какими-то невероятными, нечеловеческими усилиями удалось сдержать порыв. В отличие от Мутного, конечно, который, не говоря ни слова, первым делом потянулся к трубке.

Пришлось снова прибегнуть к магии, чтобы отшвырнуть его обратно на диван.

– Да ебать-колотить, – удивлённо пробормотал он. – Хули так штормит?

И он снова сделал попытку добраться до трубки, как и в прошлый раз – тщетно.

– Тихо, блядь! – поборов тошноту, рявкнул я. – Никто не курит и не колется, пока я не разрешу. Лен, поставь нас на ноги.

– Ща, – выдохнула она, а затем напротив, набрала полную грудь воздуха и задержала дыхание. – Сука, икота напала, попить бы. Где эти ёбаные шаманы.

– Кто? – хрюкнул с дивана Мутный и тут же сложился пополам, выворачивая желудок себе под ноги.

– Ну Жрецы, блядь, какая на хуй разница! – огрызнулась Лена.

В отличие от нас, она уже практически пришла в норму. Ей, похоже, вообще непонятно слово «плохо», «болит», или ещё что-то подобное.

Её силы тоже серьёзно подросли, и теперь она могла поправить наше здоровье, не отрывая задницы от дивана. Не прошло и минуты, как поганое состояние отпустило, а само самочувствие сделалось бодрым, будто мы только что по паре кружек крепкого кофе выпили.

– А Тоня где? – я вдруг заметил, что девушки нет с нами в комнате.

– В сортире я! – донёсся глухой крик. – Блевала. Спасибо, Лен, сейчас намного лучше.

– Да говно вопрос, – крикнула в ответ та, – обращайся. А чего мы сидим-то?

– Сидеть! – рявкнул я, когда понял, что Лена тоже потянулась к трубке и опию.

– Ну Гер, по дэхе раскумарими всё, для настроения…

– Нет, потерпи!

– Ой, да и вали на хуй, козёл! – мгновенно сменилась в настроении та. – Зажал, что ли?

– Да блядь! Заткнитесь вы все на хуй! – крикнул я на полную мощь лёгких.

– Ты чё, бля, ебанулся совсем? – ухмыльнулся с дивана Мутный. – Не ори на хуй, динамики сядут, ха-ха-ха.

– Ща уебу!

– Да всё, всё, ебать. Молчу, – Мутный провёл пальцами по губам, имитируя замо́к-молнию.

– Короче, мы в полной жопе, – начал было Царь, но я запустил в него чьим-то ботинком. – Ты чё, ебанулся совсем?!

– Ебальник завали, щенок, – вместо меня огрызнулась Лена.

– Спасибо, – вежливо кивнул ей я. – Как уже сказал Петруха, у нас образовался небольшой пиздец.

– Хуясе небольшой… – попытался снова возмутиться Пётр, но теперь уже Мутный лягнул его ногой.

– В общем, вторая точка уничтожена, а наши верующие съебались, – наконец закончил я.

– Ой да и по хую́, – отмахнулся Мутный и снова потянулся к трубке.

– Да успокойся ты, ёбаный шашлык, блядь! – уже в третий раз я усадил кореша на место при помощи магии.

– А чё, прям все посъебались? – выбралась из туалета Тоня и встала в дверях.

– Прям да, – вместо меня ответил Царь. – А вторую деревню люди Бабая вынесли.

– Он же подох, я сам лично ему ебальник обоссал! – возмутился Мутный.

– Да он-то здесь при чём?! – в очередной раз сорвался Царь. – Помимо него там целая банда. У них оружие, люди, техника, думаешь, для них деревня сильный противник?

– Ну и хуй с ними, деревня с возу, бабе легче, или как там правильно, – покрутил пальцами в воздухе наркоман.