В рамах задребезжали стекла, выведя старшего официанта из задумчивости. Боже, ну и погодка! Вряд ли этим вечером в ресторан придет кто‑нибудь не из жильцов отеля, да и тех остановилось не много. Тем лучше – можно больше внимания уделить масонам. Через часик они поднимутся по лестнице на свою конференцию, наверху они заказали помещение до двенадцати ночи и будут там совершать свои дурацкие «тайные» ритуалы. Им и невдомек, что многие из гостиничного персонала хихикают, подслушивая у дверей.

А, они закончили с первым. Старший официант щелкнул пальцами и нахмурился, когда Джон, молодой официант‑австралиец, не появился моментально рядом. Наверняка флиртует с Элен, официанткой на неполный день. Маленькая шлюха! И он не лучше.

Мэтр двинулся на кухню, но быстро отшатнулся, когда оттуда, ухмыляясь во весь рот, вылетел Джон. Ухмылка исчезла, когда он встал перед старшим.

– Да, Джон, иногда ты приводишь меня в отчаяние.

Джон заменил ухмылку мальчишеской улыбкой, что, как он знал, нравится старшему официанту.

– Извините, мистер Баласкомб, – робко извинился он. – Только помог шеф‑повару.

– Твои обязанности не здесь, Джон. Чем лучше официант, тем меньше он проводит времени на кухне.

– Да, мистер Баласкомб. – «Старый козел», – добавил он про себя.

– Посмотри за центральным столом; они готовы, чтобы подавать второе.

– Да, мистер Баласкомб. – «Старый грязный педераст».

Джон бросился к центральному столу, где посетители приняли его ухмылку за подобострастную улыбку.

Старший официант вздохнул про себя. К осени мальчишки здесь не будет. От него одни неприятности. Как от того итальянца в прошлом году, который вообразил, что интимные услуги ведут к особым привилегиям в обеденном зале. А это не так: ничто не должно влиять на неукоснительное соблюдение обязанностей в его профессиональных владениях. Как‑то Баласкомб представлял, что он мэтр на «Титанике», и пока судно тонет, он подходит к каждому столику, проверяя, все ли в порядке. Tartare не слишком острый, сэр? Может быть, добавить вустершира? Немного приправы на зеленый салат, мадам? Французской или, может быть, масла с уксусом? Суп слишком водянистый, сэр? Наверное, это море плеснуло в тарелку.

Убедившись, что двум парам и одинокому мужчине Элен окажет все необходимое внимание, он властно поплыл к столу масонов, бросая наметанные взгляды на посетителей: не наблюдается ли неудовольствия среди наиболее важных клиентов.

Старший официант доброжелательно улыбнулся пожилым посетителям, и некоторые, как птенцы, обернулись к нему с открытыми ртами. Извините, у меня нет червей для вас. Возможно, найду на кухне пару жирных тараканов.

– Извините за ужасную погоду, джентльмены, – сказал Баласкомб, словно сам ее сотворил.

Они добродушно сообщили ему, что в этом не его вина, хотя кое‑кто намекнул, что в следующий раз возложат ответственность на него.

Улыбка мэтра потускнела, а глаза остекленели, когда он увидел, как Джон, склонившись над клиентом, остатками супа с ложки капнул ему на голову. К счастью, волосы, толстым слоем покрывавшие череп, очевидно не имели корней, так что их владелец ничего не заметил. Но увидев, как Джон полез в карман за носовым платком, Баласкомб ощутил слабость в коленях и отчаянно попытался поймать взгляд молодого официанта.