– Что нужно? То, о чем мы договорились с тобой прошлый раз. Теперь пришла пора исполнить обещанное, как в сказке.

«Действительно как в сказке, все происходит как в плохой страшной сказке, она и разговаривает так, как злые волшебницы и прочие отрицательные героини сказок…» – подумала Анна, но мысль эту не сохранила.

– Я все помню. Так кто вас интересует?

– Вот хорошая девочка! Все помнит и на все готова. Молодец. Не бойся, больно не будет. Меня интересует… Ну, не хочешь догадаться сама? Давай поиграем?

– Нет, я не смогу. Назовите имя.

– Фу, какая ты скучная! Ну ладно, не хочешь играть – не надо. Меня интересует господин Егоров. То есть я знаю, что он у вас и даже знаю с кем. С господином Рокотовым. Верно ведь? Но ты все-таки будь так добра, подтверди лучшей подруге информацию, которой она и так располагает. Ну? Я жду.

– Да.

– Что – да?

– Егоров сейчас здесь.

– И – с Рокотовым?

– Да, с Рокотовым.

– И – с девочками?

– Нет, они ужинают в закрытом кабинете вдвоем.

– А, это в том самом, где всех пишут и снимают? Да?

– Да, – ответила Анна и на мгновенье забыла про свою страшную собеседницу, которая, похоже, действительно знала все. Своей хвастливой репликой та напомнила ей о распоряжении Рокотова: отключить технику в кабинете. Поглощенная собственной проблемой, Анна о нем забыла напрочь, и, значит, все то, о чем беседуют сейчас оба хозяина, бесстрастно фиксирует на пленку умная система.

– Ну, вот и все, лапуля, а ты боялась, «даже юбка не помялась», – неожиданно процитировала незнакомка дворовый фольклор, – на сегодня все, а возможно – и навсегда. По крайней мере, до следующей моей просьбы телефон твоих старичков я выкину из головы. Пусть наслаждаются жизнью под крылышком образцовой доченьки. Прощайте, мадам. Удачной ночки!

– Послушайте меня, – как можно более мягко, стараясь ничем не обнаружить своей тревоги и неприязни, заговорила Лариса. – Я не знаю, где вы получили информацию обо мне, что прочитали или услышали из чьих-то уст. Но то, чего вы хотите от меня, не ведая, какие страшные последствия могут вызвать даже мысли на эту тему, еще на произнесенные вслух, я не в состоянии исполнить, да и никто не в состоянии. Все это бред воспаленного воображения различных фанатиков, людей, страдающих душевными недугами, или откровенных прохиндеев, которые готовы обещать даже прижизненную встречу с Господом Богом, если клиент готов за это платить. Любой порядочный психолог, мастер или как бы он себя ни назвал, словом, человек, работающий с человеческим сознанием, скажет вам это. Более того, запомните навсегда, если впредь соберетесь обращаться к специалистам моего профиля или, скажем, решите работать со мной: профессионал ответственно может работать только с самим человеком, обратившимся к нему за помощью. Только с ним, лично и персонально. Да, существуют психотехники, и, возможно, вы слышали именно о них, которые позволяют использовать сознание одного человека для воздействия на сознание другого. Но эти двое должны быть очень близки, работа эта чрезвычайно долгая и кропотливая, успех не гарантирован, и – самое главное! – она должна делаться во благо. Слышите меня, во благо одного или обоих этих людей.

Вопрос Лариса задала не случайно. Все время, пока она говорила, пытаясь достучаться до сознания странной посетительницы и используя при этом исподволь некоторые разработанные ею персонально приемы, отвлекающие поверхностный, защитный слой сознания, усыпляя его бдительность и выводя из игры, женщина слушала ее. Но слушала рассеянно, похоже, ни один прием Ларисы не сработал.