— Оказывается, я слабее, чем думала, — согласилась она.

— Ты потеряла много крови, если я что–то понимаю в медицине. Невозможно сразу возместить такой ущерб. За одну ночь ты не поправишься. Так что постарайся реально оценивать свои возможности.

— Мне надо смыть грязь и кровь.

— В этом я могу тебе помочь, — усмехнулся брат, усаживаясь на трехногий табурет у кровати. — Но никто не решился на такую попытку, пока ты была без сознания, даже Спаннер Фрю. Все знают, как ты не любишь чужих прикосновений.

— Они совсем ничего обо мне не знают, — сердито сказала Руэ. — Возвращайся в постель, прости, что разбудила тебя, — закончила она, стараясь не показать огорчения.

Альт Мер пожал плечами и тряхнул своей рыжей гривой.

— Раз уж я проснулся, может, остаться и поговорить с тобой? Мытье, в конце концов, подождет до утра? А то мне не очень хочется в темноте тащить сюда лохани и воду.

— Конечно, подождет, — слабо улыбнулась Руэ.

Она уже сожалела о недавних сердитых словах. Ее раздражение было беспредметным и неоправданным. Брат только старался ей помочь.

— Сейчас я чувствую себя гораздо лучше.

— Ты и выглядишь уже неплохо. На борту все беспокоятся о тебе.

— Сколько я пробыла в постели?

— Двое суток.

— Так долго? — удивилась Руэ. — Я бы и не подумала. — Где мы сейчас находимся? Как далеко от того места, где оставили остальных? Мы ведь направляемся к ним, правда? Надо их предупредить о ведьме Ильзе.

— Ты действительно пошла на поправку, — улыбнулся Редден. — Готова вскочить и снова ринуться в бой, правда? — Он покачал головой и неожиданно погрустнел.— Послушай меня внимательно, Рыжая Крошка. Все не так просто. Мы не собираемся догонять друида и его отряд. Мы направляемся к побережью и Крылатым Всадникам. Исполняем то, что было приказано.

Редден заметил вспышку гнева в глазах сестры.

— Не говори того, о чем потом пожалеешь. Я принял такое решение не из–за своей прихоти. Это единственный вариант, имеющий какой–то смысл. Думаешь, мне не хочется свести счеты с ведьмой? Думаешь, не хочется запереть мвеллретов, как они заперли нас? Мне не больше, чем тебе, нравится, что они до сих пор шныряют на свободе. И я ни на минуту не перестаю беспокоиться о Страннике и остальных. Но «Ярл Шаннара» практически разбит. Мы можем заменить световые паруса и радианные тяги, отремонтировать приборы и отрегулировать работу диапсоновых кристаллов, чтобы продолжать движение, и при этом мы сможем получить только три четверти мощности. Но мы потеряли весь рангоут и лишились двух мачт. Кроме того, мы и сами здорово пострадали и не сможем выиграть сражение с «Черным Моклипсом». Даже убежать от них не сможем, вздумай они снова захватить наш корабль. Идти в глубь страны было бы глупостью. Какая польза, если нас собьют или возьмут в плен. Понимаешь?

— Неужели будет лучше предать их? — не унималась Руэ.

— Мы уже предали их, когда подчинились приказу друида и покинули залив. Странник знал, что идет на риск, отсылая корабль. Если бы мы смогли пройти пролив до того, как «Черный Моклипс» нас обнаружил, мы бы сейчас направлялись к бухте. Странник знал об этом.

— Но мы — их единственная надежда, — упрямо возразила Руэ. — Без нас им не выжить! А если с ними что–то случится?

— Не торопись судить, что они смогут, а чего нет. Кое–что действительно произошло, но не с ними, а с нами. Но мы справились. Попробуй поверить в их силы.

Некоторое время брат и сестра молча смотрели друг на друга. Руэ первой отвела взгляд.