И все же вотчина Королевы Мертвых это нечто неизмеримо большее, чем можно представить, глядя на замок и разнообразнейшие достижения его всегда деятельных обитателей со стороны. Северный замок это в первую очередь тень, отражение, смертный холод гибельного, но и несущего возрождение дыхания сына Великой Матери Великого Жнеца, а храм под замком это одновременно аванпост ужасающего в своем величии Мира Мертвых и врата в него! Подземный храм сообщает грозную мощь тем, кто лелеет и охраняет его, позволяет обитателям замка в изобилии черпать могучую силу не только великого, но и щедрого Сына Смерти, получать доступ к уникальным знаниям и квестам, призывать на свою голову и головы всего остального клана милость Белой Госпожи… и гнев ее Сына и его могущественных слуг на головы своих врагов. Многое из того, чего достигли в этом мире Драконы, им бы никогда не достичь, если бы не храм под Северным замком…

Утро (за четыре часа до демонстрации достижений военной реформы).

Туллиндэ.

Казалось бы ну что особого может изменить обычный на первый взгляд клинок в ножнах красной кожи? И тем не менее изменил, ибо когда Туллиндэ с тем самым клинком на поясе как обычно въехала на колеснице в ворота Северного замка, то отношение к ней оказалось кардинально иным. Оно и понятно, ведь кем еще совсем недавно была прозванная Королевой Мертвых эльфийка-игрунья — всего лишь старейшиной, комендантом Северного замка, сильнейшим магом Смерти клана Красного Дракона и первой среди равных для всех его некромантов. Это немало, совсем немало… если не сравнивать с тем, во что она превратилась сейчас!

Старейшина? Комендант? Сильнейший маг и некромант? Какая ерунда! Настоящая, признанная в Замке Вечного Покоя, единая для всех миров сколько их ни есть Длань Смерти выше этих мелких понятий, ведь даже истинно ВЕЛИКИЕ боги вроде Творца Битвы грозного Трооатэны и Солнцеликого Оа не осмелятся посмотреть на названную сестру Жнеца и приемную дочь Белой Госпожи свысока!

Одно только появление колесницы Великого Белого Ужаса во дворе Северного замка породило бурю в душах всех его живых обитателей и инстинктивную реакцию всех неживых — живые, даже игроки, замерли в ступоре, благоговейно созерцая сошедшую с колесницы фигуру в белом плаще с белым резным посохом в руках и клинком в красных кожаных ножнах на поясе; неживые, не важно зомби это, скелеты или кровавые стражи, немедленно и без команды распростерлись ниц, все они подчинились силе куда большей чем поднявшая их магия. Единственное исключение — ''Несущие смерть''… итак преданные своей создательнице даже больше чем тому, кому служит она сама, больше чем его Великой Матери. И конечно же новая сила изменившейся Туллиндэ исходит не от клинка — Меч Немертвых Богов это могучий артефакт, важный атрибут Длани Смерти, ясный знак любому, кто понимает его значение, НО… силу, настоящую СИЛУ и настоящую ВЛАСТЬ Туллиндэ дает не меч, не Посох Владыки Мертвых в руках, не плащ Творца Страха на плечах, не маска Последнего Вздоха на ее лице, не колесница Великого Белого Ужаса за ее спиной и не облегающие ее тело доспехи Вечных Слов — настоящие силу и власть ей дарует опалившая ее суть, преобразившая душу, яркая как комета в ночи и свежая-свежая метка-печать Жнеца. Отныне Туллиндэ не просто маг и некромант, отныне она зримое и неоспоримое воплощение воли Хозяина Мира Мертвых в Мире Живых и одновременно карающая и милостивая рука, ДЛАНЬ его Великой Вечной Матери Смерти!

Что же касается нового положения получившей долгожданный титул Туллиндэ среди некромантов и магов Смерти клана, то никакой больше ''сильнейшей или первой среди равных'' — отныне и навсегда ее лидерство не подлежит сомнению и обсуждению! А тот, кто желает его оспорить, может бросить ей вызов и на собственной шкуре узнать, каково это ТАМ, на ТОЙ стороне, свести близкое знакомство с обитателями Равнины Несбывшихся Снов и другими ''курортными местечками'' Мира Мертвых или, если хватит смелости, может воплоти отправиться во все тот же Мир Мертвых в Замок Вечного Покоя и подать жалобу Жнецу….