Я снова выплюнул скопившуюся во рту кровь и прохрипел:

— Раз уж всё дошло до моего раскрытия, то зачем притворяться и дальше? Встретить в лесу того, чью маску я сейчас ношу, было великой удачей, не зря уродливый Чжань, да проживёт он ещё четыреста лет, сулил мне её, запихивая в пробой ваших границ. Но что толку от угроз тем, кто мне никто?

Пратий задумчиво протянул, оглядывая меня:

— Так ты из Змей.

— Ха! А ты о нас знаешь и думаешь испугать смертью меня, внешнего ученика секты, единственного выжившего из десятков принятых? Я уже сделал здесь столько, что мое имя сообщат самому Инголу!

Зеленоволосый, так и стоявший в отдалении, не выдержал:

— Старший, позвольте, я заткну его? Его лживому языку верить нельзя. Достаточно он сегодня всем здесь морочил голову.

Пратий кивнул:

— Ты прав, Арий. Нужно отделить правду ото лжи. И я отлично знаю, что лучше всего это делает огонь.

Старик поднял руку, и я закричал. Толку от того, что я видел жест и вспышку летящей техники, если ни сгорбленная поза, ни остатки сил не позволили мне избежать удара. Я-то попытался, но огненная стрела все равно вонзилась в правое плечо и даже не думала исчезать, застряв в нём и продолжая пылать.

Одно мгновение, два мгновения, вдох. Наконец я сумел сжать зубы, обрывая крик, сосредоточиться и собрать остатки тумана силы вокруг сжигающей моё тело техники. Она исчезла, вот только боль меньше не стала, я видел духовным зрением, как в плече продолжали вспыхивать язычки пламени, а туман силы редел, не в силах их потушить. Дарсова техника! Она что, с духовным ядом? Я схватился за пояс с фиалами, плеснул на рану одно, потянул из кармашка другое и замер, услышав насмешливый вопрос Пратия:

— Зелья Восстановления? Ещё и наше, орденское? Отличная шутка, даже я бы не придумал лучше. Давай, давай, сектантский выродок, сделай свою боль вдвое сильнее, только не сдохни от этого.

Зеленоволосый Арий тоже подал голос:

— Пока он не ответит на ваши вопросы, старший, этот путь для него закрыт.

Я с ненавистью покосился на орденца. С его стихией Дерева в этом нет никаких сомнений, наверняка собирается лечить меня. Да и на самом деле Пратий прав, не сейчас принимать такое зелье. Скосил глаза, оглядывая себя уже в действительности, а не духовным взглядом — здесь огня не видно, обугленная рана почти не кровит — у меня будет ещё время. Время, которое я выиграю для Вартуса. Хватит ли ему честности продолжить выполнение контракта после моей смерти? Подгоняя меня, Арий повернулся, отдавая команду:

— Ландор, Зомаст — на остриё — все вместе на Лиору, убейте предательницу Ордена, затем в погоню за ватажниками. Никто не должен уйти.

Рука сомкнулась на фиале с простой на вид пробкой. Сейчас я жалел, что это не Зелье Последней Ярости. Мне бы оно пригодилось куда больше.

Послышался отчаянный крик Лиоры:

— Стойте! Это ошибка! Он не может быть сектантом.

Пратий отмахнулся:

— Я бы мог поверить, что хитрец Тумас снабдил его из ваших запасов, даже приберёг набор Костей Скорбной Смерти. Взял и отдал их ему, — с непонятной издевкой протянул. — Он ведь известный добряк. Но как ты объяснишь столь сильного призрака Флага? Призрака, что без команды жертвует собой, пробивая мой барьер? Он сектант и раб считает его своим хозяином.