– Здесь они тебя искать не будут, – мрачно ответила мать.

Роза знала, что мать права. Пересилив себя, она втиснулась в тайную нишу, и доска стала на место. Под головой была плоская подушечка. Сквозь щели едва просачивался дневной свет.

«Не отчаивайся, дочь моя».

Будь здесь побольше места, Роза бы подпрыгнула. Нет, не голос – скорее она услышала мысль, пришедшую из верхнего отделения гроба.

Странно, но случившееся не столько испугало, сколько успокоило Розу. Даже после смерти отец продолжал о ней заботиться. И он поможет ей бежать от Короля.

Должно быть, она задремала и проснулась, когда гроб пришел в движение. Их уже выносили. Шестеро мужчин, нанятые матерью, несли двойную тяжесть на удивление легко. Это были либо очень сильные, либо очень преданные люди.

Роза прислушалась к затрудненному дыханию мужчин и голосу матери, указывающей, как и куда нести. Гроб выплыл из дома и двинулся вдоль деревни. Солдат, мимо которого его проносили, оскорбительно засмеялся:

– Что, ваша благородная доченька даже на похороны не пошла? Может, мне пока заглянуть в дом да составить ей компанию? Хо‑хо!

– Загляни, – спокойно согласилась мать. – А утром, когда Король узнает...

Солдат поперхнулся, словно почувствовал, как меч уже вонзается ему в живот. И это была бы еще не самая страшная казнь, заподозри Король что‑нибудь худое. А он бы обязательно заподозрил, и можно было не опасаться, что кто‑нибудь осмелится подойти к дому, пусть даже с целью проверить, на месте ли Роза.

«По заколдованной тропе ты доберешься отсюда до Замка Ругна, – услышала она мысль отца. – Следуй по ней без страха, ибо, хоть и встретятся тебе чудовища, они тебя не тронут. Скажи лишь, кто ты такая и куда идешь. Не поворачивай обратно, ибо заклинание нарушится и тропа исчезнет».

«Спасибо, дорогой отец», – мысленно произнесла Роза. Теперь она знала, что, помогая ей после смерти, он выполнял свой давний, еще при жизни задуманный план; что даже сама смерть была частью этого плана. И все же Роза предпочла бы, чтобы все было по‑другому. Знай она заранее, что в письме содержатся ядовитые слова, она бы уничтожила конверт, не вскрывая.

«Спасибо тебе, доченька».

Процессия добралась до кладбища.

– Лопаты! – сказала мать, притворяясь раздраженной. – Неужели никто не догадался захватить лопаты?

– Сейчас принесем, – ответил один из мужчин. Кажется, никто из них не удивился, что такой важный при погребении инструмент был забыт. И любопытно, что за лопатами они все так вшестером и отправились.

Затем нижняя доска гроба скользнула в сторону.

– Быстрее, пока не вернулись, – сказала мать.

Роза выбралась наружу.

«Прощай, моя дорогая. Таким образом я хотя бы частично отплачу тебе за всю ту заботу, которой ты окружила меня. Я знаю, тебя ждет впереди великая любовь».

– Прощай, дорогой отец, – всхлипнула Роза. На левый глаз ее навернулась слеза.

Мать обняла ее.

– Я должна остаться. Но ты...

– Я знаю, матушка.

И эта удивительная женщина, потерявшая мужа и дочь, была обречена угасать в одиночестве? Теперь слеза навернулись и на правый глаз.

– Ступай этой дорогой! Она идет вокруг деревни. Когда увидишь незнакомую слабо светящуюся тропу, следуй по ней без колебаний. Ступай же, пока они не вернулись!

– Прощай, дорогая матушка. – Роза разомкнула объятия и побежала по тропинке, не смея даже оглянуться.

Мужчины уже возвращались с лопатами. Роза узнала их, но они, кажется, ее не узнали. Лицо девушки было вымазано грязью, и она старательно сутулилась при ходьбе. Во всяком случае, никто из мужчин не проводил ее взглядом.