– Я хотел бы стать дипломированным Волшебником в мире людей. Я так понимаю, что магическая степень, полученная в вашем университете, дает на это право.

– Совершенно верно. Профилирующий предмет?

– Информация.

Один его глаз вновь уделил мне внимание.

– Есть предметы полегче и поинтересней.

– Информация – это власть, – сказал я.

– Мотивация?

– Я хотел бы стать Волшебником, чтобы жениться на той, которую я люблю.

Демон оттиснул печать.

– Можете занять свою комнату. Следующий!

– Но... – сказал я.

Один глаз вернулся ко мне.

– Вы сразу хотите забрать заявление?

– Нет. Но разве обучение у вас тут бесплатное? Демоны никогда ничего не делают даром.

– Платить вы будете. – Глаз потерял ко мне интерес.

– Но как именно я буду платить? Я имею в виду...

На секунду на меня взглянули оба глаза.

– Обычным манером. Вы будете развлекать нас своей глупостью и неудачами. А вы ожидали чего‑то иного?

Я понял, что его искренность проистекала из полного равнодушия к моим переживаниям. Что бы я здесь ни делал, все будет привлекать внимание демонов, для которых нет радости слаще, чем ставить в тупик нас, смертных. Полагаю, я вел бы себя так же, живи я тысячи лет и имей я такую власть, не нуждаясь вдобавок ни в пище, ни в отдыхе. Вряд ли можно желать большего при такой жизни.

– Спасибо, – сказал я, вложив в это слово столько достоинства, сколько удалось наскрести.

– Иди вон туда, дурачок, – сказала Метрия, хватая меня за руку.

– А что же ты сама не зарегистрировалась? – спохватившись спросил я. – Ты ведь тоже хотела быть зачисленной.

– Да меня зачислили еще пятьсот... – Она запнулась. – Пятьсот часов назад.

Демонесса привела меня за руку в комнату с голыми каменными стенами. Я огляделся и остался недоволен увиденным. Перспектива спать на голом полу меня как‑то не привлекала. Но тут Метрия щелкнула пальцами, и мебель возникла сама собой. Заколыхались на окнах шторы, которых здесь раньше не было (я имею в виду, не было ни штор, ни окон), бархатный ковер раскинулся на деревянном полу (хотя пол только что был каменным!), стены тоже украсились коврами. Сквозь стеклянный потолок косо пролился солнечный свет, а в центре помещения воздвиглась огромная круглая кровать.

– Ну, давай! – сказала она и кинулась в постель через всю комнату, причем одежда ее за время полета таинственным образом исчезла. Демонесса подпрыгнула на кровати, и все ее прелести тоже подпрыгнули.

– Что давай? – спросил я с деланной наивностью.

– Скидывай одежду, и я тебе покажу!

Что я и подозревал.

– Забудь об этом, демонесса! Я буду спать на полу.

– Только попробуй! Вот влепят тебе кол за неотесанность!..

А вот это уже что‑то новенькое.

– Кол – это плохо?

– И еще как! Нахватаешь колов – вышибут.

– Тогда я, пожалуй, лягу на кровати. Но внимания на тебя обращать не буду.

– Ха! – сказала она самоуверенно. Однако присутствовал в ее смешке некий крохотный росточек сомнения. Приятно было видеть, что и демоны подвержены слабостям.

Я тут же заботливо стал ухаживать за этим росточком, начав с того, что расположил свои скромные пожитки в самом дальнем уголке. Краем глаза я видел, что Метрия, лежа на кровати стрижет обнаженными ногами воздух, но прямо взглянуть не посмел – это бы вселило бы в нее надежду.

– А где я буду принимать пищу? – спросил я.

Демоны в еде не нуждаются, но я‑то нуждался! И Метрия отвела меня в столовую.