И бесконечный поцелуй, давно утративший нежность и превратившийся в страстный, жаркий. Пальцы Росса спустились на шею, скользнули под ворот халата, поглаживая ставшую слишком чувствительной кожу, и я знала, стоит мне опустить руки, дав понять, что не возражаю против его действий, и игры закончатся. Я словила невероятное ощущение, будто балансирую на краю высокого обрыва, а внизу спокойная лазурная гладь моря, глубокая и чистая, и стоит сделать один шаг и… Захватывающее ощущение полета, восторг, смешанный со страхом, адреналин, а в конце — острый всплеск непередаваемых ощущений, когда ныряешь в воду и уходишь с головой на прохладную, бодрящую глубину.

Шаг. Всего один небольшой шаг, и жизнь повернется совершенно по-другому, я это чувствовала и знала совершенно точно.

ГЛАВА 10

Время словно замерло, повиснув в воздухе тягучими карамельными каплями, сердце в груди билось тяжело и неровно. Воздух в легких закончился, и я со всхлипом откинула голову, глядя на Росса шальными и пьяными от эмоций и немножечко глинтвейна глазами. Он тоже дышал тяжело, неровно, и воздух в комнате сгустился, чуть не потрескивая от напряжения. Одна его рука лежала на пояснице, и я даже через толстую ткань халата ощущала, какая она горячая, а вторая так и осталась за воротом халата. Я осознала, что мы уже отошли от окна, и моя пятая точка прижимается к краю стола у стены, но, когда это случилось, не вспомню и под гипнозом.

— Если хочешь, я уйду сейчас, — хриплым шепотом произнес Росс, и я едва не рассмеялась ему в лицо.

Это он серьезно? Уйти, сейчас, сначала зацеловав меня до полубессознательного состояния и наговорив таких вещей, от которых в груди появилась гулкая пустота, и восторг мешался с удивлением? Мне никогда не говорили, что от моего присутствия в доме становится уютно. Не уговаривали остаться, потому что со мной лучше, чем без меня. Черт, не спрашивали, можно ли остаться в моей комнате, а чаще всего самодовольно зазывали к себе в гости на первом-втором свидании… А Росс готов уйти, если я внезапно испугаюсь своих желаний или решу, что гостиница — не самое подходящее место для первого секса. Да нафиг все, я уже решила. В конце концов, мне принесли глинтвейн, когда я даже не просила, пусть это и послужило предлогом зайти ко мне в номер. Плевать.

— Нет, не хочу, — выдохнула я, завороженно глядя ему в глаза, мои ладони медленно скользнули по груди Росса.

Он мягко улыбнулся, чуть отстранил, так, что я оперлась ладонями на стол, его пальцы осторожно потянули за концы пояса, и от предвкушения внутри все задрожало.

— Точно? — переспросил тихо Росс, и улыбка стала шире, а во взгляде вспыхнули искры.

Я все-таки не выдержала, у меня вырвался короткий смешок — мой поздний гость уже справился с поясом, змеей соскользнувшим на пол.

— Будешь много говорить, выставлю за дверь и лягу спать, — меня даже хватило на ироничный тон, хотя волнение зашкаливало, и во рту пересохло, а лицо пылало, и вовсе не от смущения.

Росс только тихо хмыкнул, склонив голову к плечу. Его ладони медленно отвели полы в стороны, он окинул меня медленным взглядом, в котором сквозило откровенное восхищение, и замешательство все-таки кольнуло — отвыкла я от такого внимания, мда…

— Хорошо, говорить не буду, буду делать, — с тихим смешком ответил Росс, и его руки так же медленно провели вдоль моего тела, распахивая халат шире и рождая лавины щекочущих мурашек от шеи до самых пяток.

Тяжелая ткань мягко соскользнула с моих плеч, повиснув на руках.