- Я-то думаю, - возразила Лейша. - Хочешь сейчас пойти к Алисе?

- Подожди. Мне надо тебе кое-что рассказать, вдруг потом не будет возможности. Похороны через час?

- Кевин, послушай. Я ничего не хочу слушать о событиях сорокалетней давности.

- Я не собирался оправдываться, - ответил он напряженно, и Лейша вдруг вспомнила, как когда-то сказала Сьюзан Меллинг на крыше этого самого дома: "Кевин не понимает, за что его нужно прощать". - Я хотел поговорить совершенно о другом. Прости за бестактность. Ты знаешь, что я адвокат Дру?

- Я не знала, что вас связывают деловые отношения.

- Я веду все его дела, кроме контрактов на выступления - этим занимается одно агентство. Он...

- Мне казалось, что Дру не самый выгодный клиент.

- Так и есть, - Кевин нисколько не смутился, - но я стараюсь во имя нашей дружбы, Лейша. Дру настаивает на размещении своих денег исключительно в фондах или сделках, заключаемых с Убежищем.

- И что?

- Большую часть дел я все равно веду с Убежищем, но на их условиях. Участвую в переговорах на Земле, когда они не хотят посылать сюда своих людей, и обеспечиваю безопасность перевода их средств партнерам с Земли и наоборот. Еще хватает людей, которые ненавидят Неспящих, несмотря на благоприятный социальный климат, создаваемый средствами информации.

- Так о чем ты хочешь мне рассказать?

- С Убежищем что-то происходит. Особенно хорошо это видно благодаря скромным инвестициям Дру, потому что он хочет размещать средства как можно ближе к предприятиям самого Убежища. Они ликвидируют все, что могут, переводя вклады в оборудование и материальные ценности, такие, как золото, программное обеспечение, даже предметы искусства. Это моя сторожевая программа отметила в первую очередь - ведь раньше ни один Неспящий всерьез не увлекался искусством. Мы были равнодушны.

Лейша нахмурилась.

- Поэтому я продолжал копать даже в тех областях, которыми не занимаюсь. Их систему безопасности стало труднее преодолеть; должно быть, у них появились очень дельные молодые ребята. Уилл Сандалерос купил японский орбитальный спутник, "Кагуру", очень старый, со множеством внутренних повреждений, использовавшийся в основном для генетических экспериментов по выведению мясных пород скота для продажи роскошным ресторанам. Сандалерос действовал от имени компании Шарафи. Они распорядились "Кагуру" странно - всех жителей эвакуировали, но никакой информации о вывозе животных не поступало. Предположительно, они доставили туда собственных людей для ухода за животными, но я не смог разыскать ни одной официальной записи. А теперь они отзывают всех своих людей с Земли и незаметно отправляют в Убежище. Но все возвращаются обратно.

- Что все это значит?

- Не знаю. - Кевин положил голыш. - Я думал, ты догадаешься, потому что знала Дженнифер лучше, чем кто-либо из нас.

- Кев, я никого по-настоящему не знала в своей жизни, - вырвалось у Лейши.

Дру въехал в патио на своей каталке. Глаза у него покраснели.

- Лейша, ты нужна Стелле.

Мысли теснились в голове: Убежище, смерть Алисы, грабительские законы конгресса, инвестиции Дру, ее иррациональный страх перед искусством Дру... По-видимому, у нее уже не хватало энергии, чтобы, как в молодости, оставаться разумной. Невозможно думать о стольких вещах одновременно. Требовался другой способ мышления. _Папа, почему ты не ввел это в генемоды. Лучший способ интеграции мышления_.

Лейша натянуто улыбнулась. Бедный папа. Это даже забавно перекладывать на него собственные неудачи. Спустя восемьдесят лет, возможно, это ее очень повеселит. Нужно только, чтобы достаточно скопилось этой пыли времен.

"Пепел - к пеплу, прах - к праху..."

Именно Джордан нашел эти прекрасные, полные боли, сентиментальные слова. Дру никогда раньше не слышал поминальной молитвы и не вполне понимал значение этих архаичных фраз, но, глядя на лица стоявших вокруг могилы Алисы Кэмден-Ватроуз, он был уверен, что их выбрал Джордан.