Однако болезнь не уменьшила любовь Алисы к семье. Она широко улыбнулась, увидев источник суеты в комнате.

- Дру!

- Я вернулся домой, бабушка Алиса! Привет, Лейша!

Алиса с готовностью протянула руки, и Дру направил свое кресло прямо в ее объятия. В отличие от родных внуков, Дру никогда не отталкивала застывшая левая половина лица Алисы, струйка слюны из уголка рта, невнятная речь. Алиса крепко прижала его к себе.

Лейша положила яблоко - на этот раз комбинация агрогенов оказалась неудачной - и напряглась в ожидании, привстав на цыпочки. Когда Дру наконец повернулся к ней, она сказала:

- Тебя вышибли из очередной школы.

Дру начал было расплываться в своей обворожительной улыбке, но, вглядевшись в лицо Лейши, мигом посерьезнел:

- Да.

- Что на этот раз?

- Не отметки, Лейша.

- Что тогда?

- Драка.

- Кто пострадал?

Он угрюмо ответил:

- Один сукин сын по имени Лу Берджин.

- И я полагаю, со мной теперь свяжется адвокат мистера Берджина.

- Он первый начал, Лейша. Я только дал сдачи.

Лейша внимательно посмотрела на Дру. Ему исполнилось шестнадцать. Несмотря на кресло-каталку - или благодаря ему он фанатично занимался физкультурой, и верхняя половина тела была в превосходной форме. Нетрудно поверить, что он смертельно опасен в драке. Лицо юноши еще не сформировалось: нос слишком велик, подбородок маловат, на коже прыщики. Только глаза были красивы - живые, зеленые, в обрамлении густых черных ресниц. В последние два года между Лейшей и Дру начались трения, периодически смягчаемые неуклюжими попытками Дру вспомнить, скольким он ей обязан.

Его исключали уже из четвертой школы. В первый раз Лейша проявила снисходительность: очевидно, интеллектуальные требования школы, где полно детей-генемодов, непосильны для маленького калеки-Жителя. Во второй раз она стала строже. Дру провалился по всем предметам, перестал посещать уроки, коротая время за своей полуавтоматической гитарой или игровым компьютером. Никто не собирался заставлять его - будущие администраторы страны учились без понуканий.

Потом Лейша отправила его в структурированную школу с огромным выбором дисциплин. Дру она пришлась по сердцу: он открыл для себя драматургию и стал звездой в актерском классе. "Я нашел свою судьбу!" - заявил Лейше. Но спустя четыре месяца Дру снова очутился дома. Ему не удалось получить роль ни в "Смерти коммивояжера", ни в "Утреннем свете". Алиса мягко спросила:

- Их смущает Вилли Ломан или Келланд Ви в инвалидном кресле?

- Это политика ишаков, - сплюнул Дру. - И так будет всегда.

Тогда Лейша поставила перед собой трудновыполнимую задачу: найти школу с необременительной академической программой, регламентированным учебным днем и высоким процентом учащихся из семей без сильных финансовых связей или выдающихся предков. Казалось, школа в Спрингфилде, штат Массачусетс, понравилась Дру, и Лейша решила, что дело пошло на лад. И вот он снова здесь.

- Посмотри на себя, - угрюмо сказал Дру. - Почему бы тебе не произнести это вслух? "Вот опять вернулся облажавшийся Дру, который не в состоянии ничего довести до конца. Что, черт возьми, нам делать с бедным маленьким Жителем Дру?"

- И что же нам делать? - жестко спросила Лейша.

- Махнуть на меня рукой?

- О нет, Дру, - сказала Алиса.

- Я не о тебе, бабушка Алиса. Ведь, по мнению Лейши, таким отщепенцам нет места.

- Естественно, если думать, будто само твое существование - подарок, и ничего не делать.

- Прекратите, - резко перебила Алиса.

Провокация задела Лейшу за живое и она сказала юноше:

- Тебе будет интересно повидать Эрика. Он чудесным образом исправился и делает подлинные успехи в составлении глобальных атмосферных кривых. Джордан невероятно гордится им.

Глаза Дру вспыхнули. Лейше вдруг стало до тошноты стыдно за себя.