Сильный запах ладана, вероятно, призван был заглушать ароматы дорогой парфюмерии. Прихожан набралось чуть больше двадцати. Они держались маленькими группами, тихо переговариваясь, все разного возраста и положения. Две богато одетые супружеские пары, сотрудники «Дома Пророка» с семьями и несколько молодых людей, видимо живущих по соседству. Дрэд, облаченный в шикарный угольно-черный костюм, был единственным демоном среди присутствующих.

Увидев нас, он поднял руку, подзывая к себе. Его интерес ко мне заметно возрос. Тео Дрэд игнорировал. Значит ли это, что он не следил за нами ночью? Или, наоборот, нарочно напустил на себя высокомерный вид?

Ну что ж, я так и не выяснила, есть ли видеокамеры в лофте. Надо хотя бы найти способ без свидетелей позвонить Майклу.

Дрэд заставил меня подойти к алтарю и встать лицом к прихожанам. Звучным, хорошо поставленным голосом проповедника он объявил:

— Позвольте представить вам Эмму Мейерс, друга, о котором я вам рассказывал. Она близка нам по духу, поэтому мы должны подбодрить ее на пути к Истине.

Я напряглась, чувствуя себя в ловушке. Все эти любопытные взгляды... и Тео, впервые услышавший мое человеческое имя... Что задумал Дрэд? Я попыталась улыбнуться, но, наверное, выглядела встревоженной.

Джун улыбнулась и вместе со всеми присутствующими выкрикнула:

— Добро пожаловать!

Меня обступили люди, и каждый стремился пожать мою руку. Они горели желанием познакомиться с человеком, которого в Братство привел лично пророк. Некоторые горели слишком сильным желанием. Некоторые чересчур широко улыбались и изъяснялись чрезмерно красноречиво... Каждое их прикосновение говорило об одном: они хотели добиться моего расположения, чтобы использовать в своих целях. Я не возражала: жадность и эгоизм — это тоже энергия, только привкус не самый лучший.

Так что я натянуто улыбнулась и отвечала коротко и быстро: где живу, чем занимаюсь и какой интерьер в моем баре. Один молодой симпатичный мужчина даже пообещал заглянуть в «Логово» в ближайшие дни.

Тео отошел в дальний угол, сдержанный и спокойный, как обычно. Джун тут же присоединилась к нему, теребя крест на груди. Что-то спросила, явно флиртуя, рассмеялась, сильно подавшись вперед и положив руку ему на плечо. Даже бедрами пыталась вертеть.

Очень скоро вокруг мраморного алтаря образовался круг, и все взялись за руки. Я испытала настоящий шок, когда Дрэд коснулся моей ладони, и чуть не отпрыгнула в сторону, но нельзя было лишаться его расположения окончательно.

Это был тест. Он не пытался подкормиться мной, я не питалась им. Он чувствовал мою тревогу и злость оттого, что таким подлым способом меня заставили коснуться другого демона. Не спеша он изучал мое ядро, то, из чего я состояла. Пару раз я чуть не заявила, что с меня хватит, но мне нечего было скрывать. Да, я гадала о мотивах его поведения, и мне до сих пор требовалась его помощь. Да, я чувствовала глубокое сострадание к его положению. В принципе мы оказались в одной лодке, он и сам это понимал.

Одно утешение — за другую руку меня держала женщина, буквально переполненная фанатизмом. Ее звали Шерри — сорок пять лет, бывшая супермодель. Теперь ее фото редко встретишь на страницах глянцевых журналов. Двадцать лет назад, будучи на вершине славы, она, словно королева, вступила под своды церкви Истины и с тех пор являлась главной звездной достопримечательностью Братства.

Похоже, она что-то делала с лицом — кожу покрывал толстенный слой макияжа. Руки ее отличались болезненной худобой, и я старалась не сжимать ее пальцы слишком сильно. Шерри было чем «поделиться» со мной: запаса веры у этой женщины хватило бы на нескольких фанатиков.

Собрание началось с монотонного повторения главного лозунга Братства: «Через свободу лежит путь к Истине; через Истину лежит путь к свободе».