(Обрыв пленки.)

Возмутительный текст. Роль играла некая маска, в платье до пят, довольно широкоплечая, говорившая сгущенным контральто. А после перерыва выступил некто, отрекомендовавшийся Джентльменом. Этот человек был тоже в маске, его стройную фигуру скрывал плащ из простыни, говорил уплотненным дискантом.

Что такое женщина

(Речь Джентльмена)

Высокочтимые Джентльмены!

Известно всем, что Мужчина открывает, а Женщина заселяет, Мужчина строит — Женщина преображает, Мужчина изобретает — Женщина приспосабливает, — творческое содружество. Спору нет. Но не все еще постигли, что в мире со времен творения происходит и война полов, странная схватка. Каждая сторона в ней, стремясь к победе, хочет быть побежденной, и инициатор этой войны, агрессор — существо природно миролюбивое, кроткое…

Спокойствие, джентльмены. Взглянем в лицо Истины и оставим пыльные предрассудки, будто цель Женщины — найти мужа, опору, защитника, отца детей или жертвенного любовника, рыцаря или фантастического самца — все это, может быть, и так, но это совсем не предел, точнее — это не цель, а средство. Средство — для чего? — спросите вы. О, если бы знать, джентльмены, если бы знать. Женщина никогда не ответит на этот вопрос, ибо всегда знает, чего хочет, но никогда не знает, чего захочется. Когда она под властью Мужчины — она борется за свою свободу. Когда господствует, ей хочется подчиняться — ни с какой данностью не смиряется, влечет только несуществующее. Наверное, ее единственное постоянное желание — быть всегда нам необходимой, — но всегда по-иному, всегда в разных ролях! Если наша мужская, принципиальная неудовлетворяемость адресуется к строю вселенной, а в объятиях прекрасных мы находим покой и теряем себя, то неудовлетворяемость Женщины относится как раз к сфере взаимоотношений с мужчиной, вселенная же, судя по всему, ее вполне устраивает. Мы, мужчины, всюду немножко чужие, в нас есть что-то от бродячих собак, но внутри мы как раз существа домашние. У Женщины же — кошачий дар превращать в жилье любую точку пространства. Женщина в мире уюта, но у нее нет дома в душе — там, в глубинной внутренней точке, она чужая самой себе, и ее тревога утоляется только поглощением наших душ. Любовный боец древнейшей закалки, она жаждет нашей неостановимости, бесконечного мужского продолжения, развития и новизны, на всех уровнях. Без конца: борьба за власть над мужскою душой и за мужское сопротивление этой власти… Так крутится колесо Фортуны. Самое неинтересное для Женщины существо — мужчина прирученный, сдавшийся, предсказуемый как механизм, попавшийся в ею же расставленные силки: сие домашнее насекомое холят и лелеют, а при возможности украшают многоярусными рогами…

(Шум с признаками возмущения как на женской, так и на мужской половине.)

…"Ну а материнство? — возразите вы. — Разве это не конечная цель, разве не здесь замыкается круг женских желаний?.."

Не принимайте желаемое за действительное: это как раз начало. И продолжение все той же войны, той же междоусобицы господства и подчинения. Покориться, чтобы победить, победить, чтобы покориться — в этом и состоит, джентльмены, женская непостижимость, и нам остается лишь принять вызов…

(Неопределенный шум с обеих сторон.)

…B чем конкретно должна заключаться наша стратегия и наша тактика? Ответ прост, джентльмены. Сражайтесь ее же оружием: позвольте Женщине побеждать, но никогда не давайте уверенности в победе. Отразите тайну в себе, станьте ее зеркалом.