— Я провожу тебя по Обрядам Заката, — поклялась Эйра вслух, когда взошло солнце. — Я прослежу, чтобы твою душу должным образом отправили в потусторонние миры. Маркус, я обещаю. — Слезы снова потекли. — Я не смогла спасти тебя, но я могу это сделать.

Тишина была ее единственным ответом.

Один шаг.

Затем другой.

Пальцы ее левой руки вспотели. Они дрожали от напряжения, удерживая ее магию в кулаке. Эйра отказывалась разжать их. Она скорее умрет, чем позволит этому мужчине освободиться. Если она повторит это достаточно много раз, так и будет.

В конце концов, деревья расступались перед ней, выпуская на дорогу, которая появилась из ниоткуда. Эйра споткнулась на заснеженной обочине, тяжело падая. Булыжники впились в нее, красное разбрызгивалось по серому и белому.

Маркус упал рядом с ней. Эйра выпрямилась, произнося тысячу извинений. Теплые, влажные слезы растопили холод на булыжниках, пока те упали с ее щек.

Они были близко.

Еще немного от нее, от ее магии. И затем… Она не знала, что затем. Она проспала бы, может быть, тысячу лет. Она будет спать, пока боль не прекратится.

Сжимая левую руку в кулаке, Эйра попыталась встать, но ее ноги поскользнулись на собственной крови. Она снова упала, ударившись подбородком. Все ее тело было сплошным месивом синяков и усталости.

Эйра лежала на дороге рядом со своим братом. Она уставилась на его безжизненное лицо.

— Я не могу, — прохрипела она. — Я не могу, Маркус. Я не могу сделать это в одиночку. Я не смогу вернуться без тебя. — Он продолжал лежать там, безжизненный. — Пожалуйста, очнись.

Никакого отклика.

Эйра легла на спину и уставилась на деревья над ней. С каждой секундой ей было все труднее сжимать руку в кулак. Ее мышцы уже давно свело судорогой и сковало.

Медленно моргая, она смотрела, как в безмолвном мире разгорается рассвет. Она представила, как люди просыпаются и идут по своим делам, и возненавидела каждого из них за их невежество по отношению к ее страданиям. Она бы заморозила все это, если бы не была такой уставшей.

Каждый раз, когда ее глаза закрывались, это длилось дольше, чем в прошлый раз. И все же Эйра держала руку в кулаке. Может, она все-таки была отпрыском Аделы. Может, Ферро был прав, и у нее была эльфийская сила. Как еще она могла продержаться так долго?

Эйра надеялась, что он прав. Впервые она понадеялась, что родилась у холодной и жестокой королевы пиратов. Это сделало бы ее жизнь и ее кровь проклятыми. И она наложит это проклятие на все, что существовало у Ферро.

Как раз в тот момент, когда глаза Эйры закрылись, как ей показалось, в последний раз, по земле до нее донесся грохот. Он приближался все ближе и ближе, пока его уже нельзя было игнорировать. Эйра изогнулась, едва в силах поднять голову.

Вдалеке был всадник, двигавшийся быстрее самого ветра — словно лошадь больше летела, чем скакала галопом. Только один человек мог проделать такой трюк.

Эйра открыла рот и прохрипела:

— Каллен. — Она судорожно сглотнула, во рту был привкус крови. — Каллен!

Глава 25

Эйра чувствовала себя так, словно ее подняли из могилы. Каллен сильными руками приподнял ее, уложив ее голову на согнутое колено, обхватив ее рукой.

— Мать Небесная, Эйра, что…

По выражению его лица она поняла, почему он не договорил. Его взгляд остановился на Маркусе, который был неестественно неподвижен. Эйра свободной рукой схватила Каллена за рубашку.

— Ферро, он…

— Посол Меру? — Каллен тряхнул головой, его глаза покраснели от слез, которые он изо всех сил пытался сдержать.