— Я принесла вам это. — Она вытащила из складок юбки кожаный футляр с ножом Девлина. — Я спрячу его здесь — на случай, если Лейгтон или кто-нибудь из его людей захотят проверить вас напоследок. — Она бросила нож в густое переплетение лиан. — Лейгтон согласился оставить вам некоторые вещи — палатки, ваши сундуки.

— Это вы убедили его сделать это? Она кивнула.

— Он покопался в ваших вещах и обнаружил, что там нет никакого оружия и ничего, что могло бы здесь помочь Это его уступка мне, великодушный жест — хочет показать, каким он может быть щедрым. Я-то думаю, он надеется на то, что некоторый комфорт лишь продлит ваши страдания.

— Ему доставляет удовольствие причинять людям страдания?

Джудит кивнула.

— Желаю удачи. — Она посмотрела так, будто хотела сказать еще что-то, но передумала и повернулась, чтобы уйти.

— Подождите, — сказала Кейт чуть слышным шепотом.

Джудит, поколебавшись, снова повернулась к Кейт лицом. Она выглядела, как маленькая девочка, которая знает, что ее сейчас отругают родители.

— Сказать вам спасибо — значит ничего не сказать, — за то, что вы для нас сделали.

Джудит покачала головой.

— Одного прошу: пожалуйста, поймите, что у меня нет выбора. Я должна оставаться с Лейгтоном. Он сделал все, чтобы я никуда от него не делась. — Она на мгновение задержалась на лице Девлина своими грустными карими глазами, не скрывая к нему своей тяги. — Вы очень счастливая женщина, мисс Витмор. Я бы душу отдала за то, чтобы такой мужчина смотрел на меня так, как смотрит на вас. Хорошенько о нем заботьтесь.

Джудит повернулась и по заросшей траве пошла обратно. Душный воздух сразу стал почему-то очень холодным, таким холодным, что заморозил Кейт душу.

— Она любит тебя, — прошептала она, проводя пальцами по прохладной щеке Девлина.

Когда-нибудь Девлин женится. Найдет женщину, похожую на Джудит, женщину, которая отдаст все, что у нее есть, с радостью пожертвует всем — за то, чтобы быть рядом с ним. Она родит ему детей и состарится вместе с ним.

Слова Девлина вспыхнули в ее сознании, и каждое лезвием вонзалось в ее сердце: Выходи за меня замуж, Кейт. Давай будем жить вместе, всю жизнь.

— Этого никогда не будет. — Она провела пальцами по изгибу губ Девлииа, таких теплых. — Мы слишком разные, ты и я. Мы разного хотим от жизни. — Она уже не сдерживала слезы, которые потекли по ее щекам. — Ты не будешь счастлив в моем мире, а я не буду счастлива в твоем. Мы оба знаем это. Но все же, как же я буду без тебя жить, Девлин Маккейн?

Девлин.

Голос слышался откуда-то издалека, проникая сквозь густую тьму, пытаясь пробудить его сознание. Кто-то звал его. Кто-то нуждался в нем. Кейт. Он должен пойти к ней, что-то случилось, ей нужна помощь. Но он так устал, и боль зависла где-то в темноте, она давила, точно глыба гранита. Слишком тяжелая. Нет, ему не найти дорогу из этой тьмы.

Девлин.

Опять этот голос, точно луч, блестящий, серебряный, он прорывался сквозь чернильную мглу и боль.

Пожалуйста, очнись, дорогой.

Ее голос был маяком, ярким серебряным маяком. Он должен добраться до этого света. Если он не дотянется до этого света, ему никогда не выбраться из темноты. И тогда он больше не увидит Кейт…

Девлин, пожалуйста, не покидай меня.

…И все-таки Девлин дотянулся до серебряного лучика. Едва он к нему прикоснулся, свет усилился, его серебро упало на него, наполняя его всего. Свет проник в его вены, теплое блестящее серебро просачивалось в его поры, вытесняя боль, пока он не ощутил, что и сам превратился в мерцающий серебряный поток.