Нет, не делай этого со мной, хотела закричать она. Не заставляй меня желать тебя. Не заставляй меня так мучиться…

Она пыталась освободить свои руки, чтобы оттолкнуть его, но он в ответ только теснее к ней прижимался. Его мускулы напряглись под се грудями… он поднял голову. Он выглядел таким же потрясенным, как и она. И таким молодым и беззащитным, вдруг застыдившись того, что произошло.

Он отпустил ее н отступил. Кейт застонала от разочарования, она не могла справиться со своим телом — оно жаждало его прикосновений.

— Я не могу… — Он запустил руку в волосы, яростно взъерошив густую черную шевелюру. — Проклятье!

Да, действительно. О, ей казалось, что это ее он проклинал.

— Посмотрим, научитесь ли вы вести себя как следует, мисс Витмор, -сказал Девлин шепотом. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы держать мои грязные руки подальше от вас.

Когда он вышел из хижины, она прижала копчики пальцев к губам. Каждый ее нерв был возбужден, каждая ее клеточка горела желанием. Она сделала шаг к выходу, еле сдерживая желание окликнуть его, она хочет его, она жаждет его. О, избавится ли она когда-нибудь от этого кошмарного наваждения?

Девлип вышел наружу. Он сделал несколько глубоких вдохов, надеясь, что дым от костра вытеснит соблазнительный запах роз. Он чувствовал себя страшно усталым, тело болело, как будто его вздернули на дыбе, все мускулы были напряжены от желания.

У костра лицом к нему сидели Фредерик и Остин. Увидев его, они тут же уставились на рыбу, не желая встречаться с ним взглядом. Они тоже считают, что он дикарь, которому следует надеть звериную шкуру?

Впрочем, это не должно его волновать. И, однако, это его волновало. Как ни тяжело было себе признаваться, он хотел добиться уважения этих людей. Он хотел уважать самого себя. И в данный момент он не мог найти в себе ничего, достойного уважения. Он позволил ревности завладеть собой.

Ему не нравилось то, во что он превратился — ополоумевший ревнивец, истерзанный своей похотью. Он не хотел здесь находиться. Ибо слишком велик соблазн прикоснуться к ней. Он плюхнулся на землю, понимая, что бежать ему некуда. Впереди не одна неделя. И как-то в течение этого времени он должен научиться сосуществовать со своим вожделением, которое могло погубить его окончательно.

Он должен скрепить сердце, так же как и тело. Он должен убить в себе желание; он должен похоронить свою любовь. Иначе ему не выжить.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Меньше недели миновало с тех пор, как Кейт и Дев-лип прошли этот путь, возвращаясь из деревни курайи. Однако лианы уже начали снова загораживать дорогу, проторенную Девлином. Порою Кейт даже начинала сомневаться в том, что они проходили здесь. А было ли все, что было? Может, это только пригрезилось ей?

Она смотрела на мощную спину Дсвлина, облепленную промокшей от пота рубашкой, при каждом взмахе руки, врубающейся в густую чащу, мускулы напрягались. Тех людей, которые шли по этому пути в первый раз, больше не существовало. Они совсем-совсем другие теперь.

Все переменилось. То, что произошло между ними, казалось ей теперь мимолетным сном, эротической фантазией, порожденной ее слишком живым воображением. Мужчина, который почти не разговаривал с ней уже несколько дней, совсем не походил на того, кто держал ее в своих объятиях, заставляя ее тело отзываться в такт каждому его прикосновению. Она не знала этого незнакомца.

Полуденное солнце, прорвавшись сквозь дымку, клубившуюся у подножия водопада, зажгло радугу над бурными струями.