— И три ночи.

16

— Ну, что скажешь, Густаво? — лейтенант Ле Гуин, начальник смены службы безопасности зензерского космопорта, так же, как двое его подчиненных — Густаво Лопес и Глен Пак, внимательно рассматривал доставляемых эскалатором к пункту регистрации пассажиров, собирающихся отбыть на Землю. У Ле Гуина и Пака зеркальные интерактивные очки были на постоянной связи с базой данных космопорта. Лопес полагался только на свое знаменитое чутье и очки использовал только из-за возможности приблизить заинтересовавший его объект.

Троица неизвестно зачем приданных в усиление лейтенанту полицейских космопорта, облокотившись на перила и вяло перебрасываясь скупыми фразами, напряженно вглядывалась в лица прибывающих пассажиров. В отличие от копов, эсбэшников укрывал от посторонних взглядов витраж, стекла которого пропускали свет только в одном направлении.

— Вон тот долговязый парень в клетчатом пиджаке явно везет что-то запрещенное, — откликнулся Густаво, — а вон та рыженькая девица лет двадцати отчаянно трусит, что не успеет скрыться от кого-то. То ли натворила чего-то, то ли от назойливого поклонника бежит.

Пак только восхищенно цокнул языком, но от сканирования людского потока не оторвался ни на миг.

— Как он это делает, лейтенант?

— Чую я их, чую, — усмехнувшись в густые усы, ответил за командира Лопес.

— Второй пятому, — Арно Ле Гуин привык доверять Лопесу больше, чем самому себе, — высокий парень в клетчатом пиджаке — тщательно проверить багаж. Через три метра за ним — рыженькая девица в белом жакете — пробейте по базе: может, на нее есть заявления.

— Пятый принял, — откликнулся голос сержанта Бабеля в наушнике.

— Ну, вот как это: чую? — не унимался Пак, в который раз уже раз пытаясь понять метод работы товарища. — Что, от них воняет чем-то?

— Глен, не носом я их чую, а чувствую, — терпеливо пояснил коренастый смуглокожий Густаво, — как звери в лесу друг друга чувствуют.

— Это чутье не избавляет одних зверушек от участи стать едой для других, — усмехнулся Пак.

— Здесь то же самое, Глен.

— Однако что-то наши зверушки не торопятся, — встрял в разговор подчиненных лейтенант, — может, вообще не придут?

— Так это нам же облегчение, — коротко хохотнул Пак, — вне нашей юрисдикции пусть планетарная полиция разбирается.

— Я бы не мечтал о таком повороте дел, — вновь подал голос Лопес, — еще полтора часа до окончания регистрации.

— Уж и помечтать не дашь! — шутливо проворчал Глен.

— На девчонку заявлений нет, хотя она явно торопится оказаться на борту звездолета, — внимательно выслушав доклад с пункта регистрации, поведал сослуживцам Арно, — а клетчатый пиджак пытался вывезти краденые украшения.

— Что и требовалось доказать, — вновь восхищенно цокнул языком Пак.

Минут двадцать не происходило ничего особенного. Эскалатор не спеша перемещал людской поток из зала ожидания к пункту регистрации, Ле Гуин, Пак и Лопес продолжали сканировать пассажиров, полицейские, заключившие с Паком пари на первенство в распознании особо опасных персон, почти свесились с перил ограждения в тщетной попытке хоть немного приблизиться к рассматриваемым людям.

А потом вдруг, в один миг, всё переменилось. Вернее, не всё, а местоположение агента Лопеса. То ли Ле Гуин, занятый наблюдением, просто прозевал нужный момент, то ли отслуживший полтора десятка лет в спецподразделениях Лопес двигался неестественно быстро, но спустя всего пару ударов сердца Густаво оказался замершим у самой границы витража со взведенным пистолетом в руке.