Вот это да!

Уже давно с Эшли не случалось ничего подобного.

Она понемногу пришла в себя, и когда собиралась встать, вдруг заметила, что из-под кровати виднеется небольшая коробка. В таких обычно хранятся документы.

Плохое предчувствие заставило Эшли достать коробку. Ее пронзил шок, и недоверие: на коробке было написано имя Тома Гордона.

Почему это в доме Иэна?

Неужели, Эшли оказалась права?

Дрожащими руками, она сняла крышку с коробки, и, затаив дыхание, стала рассматривать вещи, которые, как она считала, принадлежали Тому. По сути это был бесполезный для нее хлам, который, несомненно значил очень многое для Тома, и Эшли расслабилась.

Эта коробка могла оказаться у Иэна по многим причинам. В школе он присматривал за Томом, и возможно он решил, что просто так избавиться от его вещей, будет бесчеловечно, и поэтому он решил оставить их себе. Спасительная мысль тут же испарилось, когда в этой куче вещей — сломанных игрушек, фотографий… она увидела конверт, до боли напоминающий тот самый, который она нашла в комнате Скай, за коллажем с фотографиями.

Эшли открыла конверт и ее ожидал новый шок.

В нем было то самое письмо. А еще — подвеска с бабочкой, с которой не расставалась ее кузина. Это все было в комнате Иэна. Значит, Эшли была права насчет него.

Внутри образовалась пустота, которая не появлялась уже очень долгое время.

В этот раз, эта пустота останется надолго.

Эшли уверенно пробиралась в темноту леса, окруженную деревьями, и небольшими кустами, которые прекратились, как только она отошла от дороги. В ее руке дрожал фонарь; свет плавно перетекал от одного дерева к другому.

Сейчас, в темноте, где из освещения был только ее собственный фонарик, и полная луна, соприкасающаяся с верхушками деревьев, Эшли подумала, что это не было такой уж хорошей идеей — идти в лес, сегодняшней ночью. Но она слишком поздно выбралась из дома Иэна, потом ее ожидала двухчасовая лекция от мамы, после чего она заставила ее помогать готовить ужин, и в итоге, Эшли выбралась из дома только в девять часов вечера.

За ужином они снова говорили о том, что делать со Скай, стоит ли переводить ее в другую школу. Это все дико злило Эшли — что судьба кузины решается без ее присутствия, и сейчас в ее голове до сих пор прокручивался диалог мамы и папы. Потом к этому диалогу медленно примешались мысли о том, что Эшли нашла в коробке под кроватью Иэна Грейсона, и вот уже ее охватила меланхолия.

Прогрузившись в свои мысли, девушка и не заметила, как ее фонарик высветил домик перед ней, с открытой верандой, и качелями. Это место выглядело мрачно, и загадочно. Эшли за минуту достигла двери, поднявшись бесшумно по ступеням, и проверила ручку. Дверь была отрыта — похоже, Кэри Хейл не мог предположить, что кто-то решит вломиться в его домик.

Или кто-то может быть так безрассуден и глуп, что сделает это, зная, кто в нем живет.

Эшли вошла внутрь дома.

Вокруг — мебель в чехлах.

Сердце девушки на миг оборвалось, когда она поняла, что возможно Кэри Хейл уже съехал. Это было бы неудивительно — целая неделя прошла со времени отъезда Скай, и, если ее кузина была права, и Кэри следил за ней отсюда, он, зная, что она уехала, мог решить последовать за ней.

Эшли прошла внутрь осматриваясь, и в итоге она вынуждена была признать, что Кэри Хейла нет. Он просто уехал. Девушка обреченно вздохнула, досадуя на то, что не отважилась прийти раньше, и обернулась к выходу; ее пронзил шок — напротив нее стоял Кэри Хейл, со скрещенными на груди руками, и от страха она выронила фонарик, и он откатился в сторону. Эшли была парализована ужасом, поэтому не нагнулась, чтобы подобрать его, а лишь затаила дыхание.