— Значит, ты все еще не простила меня, — Кэри отвернулся, закрывая глаза. — И ты права. Ты не должна когда-либо поддаваться мне, Энджел, потому, что это было бы нечестно по отношению к тебе.

— Что это значит?

— Ты наверняка много думала за эту неделю, и я уверен, в тебе закипала ярость, но здесь, рядом со мной, могу поспорить, эти чувства исчезли.

— Только не говори, что это от того, что ты рядом, — я закатила глаза. — Что твоя душа и ты…

— Я не это хотел сказать, — Кэри Хейл перевернулся на спину, избегая смотреть мне в глаза. Меня достало, что он избегает меня, и я встала на ноги, возвышаясь над ним. — Что бы это ни было, но ты не можешь ясно мыслить, когда я рядом.

— Я ясно мыслю, — с каменным лицом возразила я. Он посмотрел на меня:

— Правда? Тогда, о чем ты думаешь сейчас?

— О том, что ты ведешь себя, как свинья. — Я демонстративно вскинула брови.

— И все?

— Хватит флиртовать со мной, Кэри Хейл.

— Я не флиртую с тобой. Я доказываю, что твои эмоции меняются, от того, чем ближе ко мне ты находишься. И совсем не важно, — все дело в моей душе, или в чем-то еще, главное, что ты не подчиняешься себе.

— Для меня важно! — воскликнула я. — Я хочу знать, что это за чувства! Хочу знать, кому они принадлежат.

Он сел, и я отстранилась на шаг.

— Подойди ко мне, Энджел, — сказал Кэри, похлопав рядом с собой на кровати. Я присела рядом, и он взял меня за руку. Его пальцы легли на мой пульс, и я нахмурилась:

— И что это ты делаешь?

— Твое сердцебиение участилось.

— Скажи, ты правда учился на врача?

— Нет, я ведь даже не человек.

— Тогда, ты должно быть не знаешь, что сердцебиение учащается, когда рядом с тобой находится объект, к которому ты привязан. — Я помолчала, чувствуя, что начинаю краснеть. Мои слова не смягчил даже деловитый тон, я заметила, каким взглядом Кэри Хейл смотрит на меня. — И к тому же, почему ты говоришь, что я не могу испытывать что-либо из-за твоей души, в то время, как ты можешь? Между нами же связь, разве нет?

Он рассмеялся, и от глаз снова расплылись привлекательные лучики морщинок. Я могу поклясться, что он почувствовал, как участился мой пульс, от его смеха. Кровь, ударившая мне в голову, почти что вырубила меня, и только так я могу оправдать, то, что набросилась на Кэри Хейла, минутой позже.

Он даже моргнуть не успел, как я прильнула к его губам.

Одну секунду, в моей голове держалась мысль: что, если он оттолкнет меня, но потом, стало пусто.

Его руки легли мне на талию, и поползли вверх по спине, и заставляя кожу покрыться мурашками. Я почувствовала, как что-то трепыхнулось в груди — его душа, или мое желание, сейчас это было не важно; на его губах чувствовался кисло-сладкий привкус апельсинов, будоражащий мое сознание. Внутри меня все перевернулось; я падаю в пропасть, в бездонную, в мрачную, скрывающую в себе тайны. Когда его губы отрываются от меня, я обрушиваюсь словно волна, резкая, буйная, размывающая берег своей настойчивостью. Его губы снова встретились с моими, и мутная, темная власть, какого-то невесомого ощущения во мне, завладела мною полностью, я и оно — мы слились воедино. Больше не важно, почему я это чувствую. Я хочу, чтобы это длилось вечно, и Кэри тоже этого хочет. Его губы настойчивее целуют меня, и я ощущаю головокружение, чувствую, как сердце бьется в груди с бешенной скоростью.