На лице Тёрнера читался искренний интерес.

– И для этого вам не надо непосредственно осматривать трупы?

– Нет, – ответила Джейн. – Трупы – те, на которых сохранилась плоть – поступают в офисы коронеров. Проблема в том, что отчеты о пропавших написаны полицейским языком и цели у них полицейские, а отчеты коронеров – языком судебной медицины, который полицейским целям не соответствует.

Снова встряла Стили:

– К тому же мы занимаемся теми Джейн и Джонами Доу, которые давно были кремированы, потому что коронерам надо освобождать холодильники для… ну, новых трупов.

– Почему вы сосредоточены в первую очередь на неопознанных трупах? – Тёрнер посмотрел на них обеих.

Стили пододвинулась ближе к столу.

– Потому что их уже нашли. Остается только установить личность. Ни за кем не надо гоняться – это уже сфера полиции. И ваша. Вы расследуете.

Тёрнер откинулся на спинку стула и положил ногу на ногу, так что одно его колено выступило над столом.

– Значит, вы регистрируете Джонов и Джейн Доу как пропавших людей…

Внезапно Джейн поняла, что Крейг Тёрнер ей нравится. Даже очень.

– Именно.

Он на секунду задумался.

– А сколько всего по стране неопознанных тел?

– Около сорока тысяч, – ответила Джейн.

Он нахмурил брови:

– Так много? А сколько образцов ДНК по их делам?

– Никто не знает.

Снова вступила Стили:

– Многих Джонов и Джейн Доу кремировали до того, как процедура взятия ДНК стала обязательной. Но даже если удалось бы извлечь ДНК из всех неопознанных трупов, никто не даст денег на то, чтобы брать ДНК у членов семей – их же сотни тысяч, – чтобы найти совпадения. Мы берем ДНК у родственников, если те согласны, но не ДНК ложится в основу наших профилей. В этом нет смысла. Не для тех, кто десятилетиями оставался неопознанным.

Тёрнер покосился на бумаги перед собой, а потом захлопнул папку.

– По просьбе агента Хьюстона и агента Рамоса вы ездили на место преступления, но, судя по тому, что я услышал от вас сейчас, вам необязательно видеть тела, чтобы сделать свои выводы.

Стили развела руками:

– Слушайте, в вашем распоряжении целая лаборатория в Куантико.

– Судя по отчетам, которые я получил по делу Кинга, мои агенты с вами не согласились бы, мисс Ландер. То же самое касается и всей команды реагирования в критических ситуациях.

– «Критики»? – она улыбнулась. – Они будут благодарны, если про них скажут хотя бы, что они нормально справляются с работой.

Тёрнер поднялся, держа папку в одной руке.

– Я хотел бы кое-что уточить. Идите за мной.

Чтобы угнаться за ним, им пришлось прибавить шагу. Проходя по коридору, Джейн рассчитывала, что они остановятся у лифта, чтобы подняться к «критикам» на десятый этаж, но Тёрнер повел их к кабинету Скотта. Джейн уже готовилась увидеть там пустой стол. Но Тёрнер остановился у дверей Скотта, и тот сидел на своем месте – как и Эрик на соседнем.

Тёрнер кашлянул. Агенты вскочили и хором поздоровались: «Сэр!» – после чего протянули руки обеим женщинам.

Окидывая взглядом знакомые черты Скотта – темно-русые волосы, такие мягкие на ощупь, зеленые глаза, в которых с близкого расстояния просматривались пятнышки цвета лесного ореха, губы, такие теплые, когда их целуешь, – Джейн подивилась нейтральному выражению его лица. Он едва коснулся ее руки, прежде чем повернуться к Стили. Эрик, по крайней мере, улыбнулся ей, и его карие глаза потеплели под шапкой темных блестящих волос, разделенных боковым пробором.