— Матвей, как себя чувствуешь?

— Прекрасно, чай из крестсежа кушаю, соловья слушаю. Ты сама как?

— Неплохо. Пока помогаю жителям, осматриваюсь.

Я кивнул, не став напоминать, что знаю направление ее хиста. Чтобы возвыситься, Наташе надо с помощью выращенных растений травить людей. Не знаю, правда, до смерти или так, чтобы вся желчь вышла, но суть в том, что ничего хорошего она этому городу не принесет. Новая рубежница точно описала свое нынешнее занятие — она осматривается. Надо будет сказать Анфалару, чтобы поглядывал за ней. А то в один день потравит половину Фекоя, станет ведуньей и Скольжением уйдет в какой-нибудь из Великих городов.

— А в целом, у тебя все в порядке?

— Да. Я рада, что все получилось так, как мы и задумывали.

Я недовольно скривился. Ну да, раскатал губу, хоть пуговицу пришивай. Наталья рассматривала все произошедшее как часть нашего соглашения. Она делится со мной информацией, а после становится рубежницей. Вот тебе и благодарочка, блин. Кушайте, не обляпайтесь.

— Да, да, — ответил я. — Ну, раз у тебя все хорошо, тогда можешь идти.

Она даже почти добралась до двери, в нерешительности обернувшись.

— И… спасибо за то, что спас меня. Что забрал сюда, ты ведь был не обязан этого делать, — она помялась еще немного. — Мне кажется, у нас правда могло бы что-нибудь получиться, если бы ты не был таким правильным.

— Да, извини, теперь секс только после свадьбы, — весело ответил я.

Весело — не потому что мне очень льстило, когда девушки признаются в симпатиях. Спасибо новой «Травницы» пусть и оказалось слабым, почти незаметным, но вместе с тем было искренним. На что мой хист (хорошо, что только он) впервые за время пробуждения всколыхнулся.

Самое забавное, что сразу после этого навалилась усталость. Я повернулся на бок, подтянул к лицу вонючую шкуру со свалявшейся шерстью и тут же отрубился. Меня будто бы даже толкали, призывая поужинать, а после кто-то насильно поил, но я слабо реагировал. Проспал до следующего утра, проснувшись если не полным сил, то уже не ощущая себя такой старой развалиной, как прежде.

Алена даже от щедрот позволила воспользоваться своим душем, к явному неодобрению домового. Тот понял, что придется опять идти к реке за водой.

Я никогда не любил закаливание и прочую ерунду. Что может быть лучше горячей ванны? Однако чуть теплая вода на свежем воздухе будто окончательно пробудила. Словно во мне наконец-то включили все тумблеры. Хотелось бегать по потолку, есть и вообще жить. И это при незаполненном хисте — промысел пусть теперь и не убывал, но и пока еще и не восстанавливался.

Поэтому на завтрак в стиле «чем бог послал» я отправился в приподнятом настроении. И выяснилось, что рацион семьи правителя Фекоя довольно сильно изменился. Кроме сорока двух блюд из крестсежа теперь на столе красовались какие-то маринованные сырные шарики, хрустящие сладкие стебли, внешне похожие на спаржу, несколько мясных блюд и белый, белый, чтоб его, хлеб.

Правда, подавляющая часть моей домашней нечисти вяло жевала еду, с надеждой глядя на Алену Николаевну. В бытность приспешницы самого лучшего рубежника Стралана, она очень любила коктейли и вообще всякую такую затуманенную алкоголем жизнь. Даже, помнится, спрашивала, как тут с этим делом.

Сейчас жена Анфалара спокойно пила отвар из каких-то трав без малейшего намека на свое темное прошлое. Лично я, как небольшой поклонник керогазить по утрам, был этому только рад. Я же и сам в некотором отношении ЗОЖ-ник.

— Какие планы у тебя, брат? — спросил Анфалар.

— Немного помочь этому городу. У тебя нет красной одежды? Мне нужны только плащ и трусы.