— А мне он грозился дать по роже! — сообщил нищий.

— Я с лестницы из-за него свалился! — пожаловался кровельщик.

— А мне он соврал, будто отец болен, а ещё ударил меня головой в живот! — вступила жена бургомистра.

Тут и папа некстати вернулся домой. По дороге он заходил в лавку.

— Петер, фрау Мёбиус рассказала мне, что ты купил конфет на пятьдесят пфеннигов. Где ты взял деньги? — поинтересовался он.

Ах, если бы Петер мог превратиться в мышонка и спрятаться в норке! Но — увы! — об этом можно было только мечтать, и вот папа взял Петера за руку, увёл в дом и такую задал порку, что и описать невозможно. Во всяком случае, весь день Петер не мог сидеть, а ночью спал лёжа на животе.

Но на этом для Петера не кончились неприятности из-за необдуманной покупки конфет. Он получил ещё одну трёпку, но, надо сказать, благодаря ей отучился врать и научился говорить внятно.

На следующий день на большой перемене Петер храбро подошёл к силачу Альфреду и потребовал:

— Отдавай мои конфеты!

Альфред зло посмотрел на него и спросил:

— А сколько их у тебя было?

— Сто пятьдесят шесть, — сообщил Петер и уже ждал, что сейчас получит их назад.

— Так вот слушай, — мрачно сказал силач Альфред. — Я съел все сто пятьдесят шесть твоих конфет, и так мне от них стало худо, что я всю ночь промаялся, не спал. И сейчас я тебе за каждую твою дурацкую конфету выдам оплеуху!

И Альфред начал отсчитывать оплеухи:

— Одна, две, три, четыре…

— Ой, больно! — жалобно закричал Петер.

Но силач Альфред понял его неправильно:

— Ах, больше? Пять, шесть, семь, восемь…

И тут Петер вдруг произнёс громко и раздельно:

— Пожалуйста, не надо больше!

Альфред понял, удивился и отпустил Петера. С этого самого дня Петер стал говорить внятно и разборчиво.

История про братика

Жила на свете маленькая девочка по имени Криста, которая уже ходила в школу. Она была одна у мамы с папой, и ей очень хотелось иметь братика. Каждый день она приставала к маме и спрашивала: «Мам, ну а сегодня у меня наконец будет братик?»

Но у мамы каждый день была новая отговорка. То она отвечала: «Криста, ты разве не видишь, что я затеяла большую стирку? Ни на какого братика у меня нет времени!»

А то: «Да ты посмотри, какая на дворе холодина. Ты, верно, хочешь, чтобы братик простудился?»

А как-то мама сказала: «Я только что видела, в каком беспорядке валяются в коляске твои куклы. Если ты даже о них не можешь позаботиться, как же ты будешь нянчить братика?»

По этим ответам девочка поняла, что никакого братика мама не хочет. И вот Криста вышла в сад, села на качели и стала качаться, а сама думала: «На качелях мне всегда приходят в голову хорошие мысли. А вдруг сегодня придёт мысль, где взять братика?»

Качалась Криста, а перекладина, на которой висели качели, поскрипывала: «а-ах», кольца же, к которым были привязаны верёвки, тёрлись о проушины и взвизгивали: «и-изт», так что скрип и визг сливались вместе и получалось: «а-ах-и-изт! А-ах-и-изт! А-ах-и-изт!»

Криста прислушалась к этим звукам, и вдруг ей почудилось, что качели разговаривают с нею, упорно повторяя: «А-ист! А-ист!» И тут она вспомнила, что некоторые ребята говорили ей, будто их совсем-совсем маленькими принёс к мамам аист. Правда, Криста не очень верила этому. Но качели продолжали твердить: «А-ист, а-ист», и Криста решила: «Попробую-ка попросить аиста. Не получится так не получится.