— Мне тоже, а потом вас или на собрание выдернут, или еще куда, так что нет, не возражайте, не отпущу, а если что, у меня есть…

— А почему профессор МакГонаггал до сих пор не потребовала его обратно? — спросил вдруг он.

— Откуда мне знать? Может, забыла, может, это очередной план директора, но я с хроноворотом не расстанусь! И не тяните время, что вы, в самом деле…

— И правда, что это я, в самом деле?

Это в самом деле захватывает, и я теперь прекрасно понимала Тонкс, не вылезавшую с площади Гриммо (не хочу знать, какими ролевыми играми они там развлекались с Сириусом, анимаг с метаморфом!), и Флёр, которая не могла отлипнуть от Билла. Если человек — твой, то всё, никуда от этого не денешься, такая вот особенная магия! Может, с годами это поугаснет, но поначалу…

И сколько нам оставалось тех лет?

7

Каникулы закончились.

Вернулись Рон с Гарри и сходу вывалили на меня новости: Гарри ухитрился поругаться со Скримджером, новым министром. И правильно сделал, решила я: тот хотел сотрудничества мальчика-который-выжил, а сам даже пальцем не пошевелил! Обойдется…

Я, каюсь, использовала хроноворот напропалую, потому что… Ну сколько там наберется, полдня, день, два? Но это будут только наши дни, вернее, ночи, и никаких заданий, никаких директоров и Темных лордов!

— Я посмотрела те воспоминания, что вы мне дали, — сказала я как-то ночью.

— И что?

— Жалко Драко, — честно ответила я. — Он дурак такой, хуже вас. Вы хоть взрослый уже, но и то постоянно влипаете в какую-то дрянь, а он совсем глупый…

— То есть вы понимаете, что это я должен буду убить директора? — тихо спросил Снейп.

— Да.

— И вас это не пугает?

— Нет. Ну, почти…

— Тогда я скажу ради вашего успокоения: он об этом знает, он сам просил меня сделать это… И еще понимает, что скоро так и так умрет, потому что не надо было хватать зачарованные артефакты! — Снейп перевел дыхание. — Видели его руку?

— Конечно. Какое-то проклятие?

— Да. Смертельное. Я могу только приостановить его действие. У директора есть год, а то и меньше, я все-таки не…

— Ну?

— Не гений, — попытался вывернуться он, но невольно улыбнулся, я чувствовала. — Ладно, Грейнджер, не придирайтесь к словам. Повторяю, я не могу его вылечить. Никто не сможет, нет таких зелий! Ну разве что Фламмель поделился бы рецептом вечной жизни, но где он, тот Фламмель…

— А куда подевался тогда философский камень? — спросила я.

— Не знаю. Меня в это не посвящали. А что?

— Я просто подумала: смог бы эликсир вылечить директора? Но, наверно, если смог бы, он бы им воспользовался, верно? А почему не попросил у Фламмеля немножко? Он же сказал Гарри, что у того хватит запасов, чтобы привести дела в порядок! И что, Фламмель пожалел бы нескольких капель для старого друга?

— Я подозреваю, Фламмель слышать уже не может о Дамблдоре, — фыркнул Снейп. — И очень сомневаюсь, что ему наскучило жить.

— Ну… да, если за шестьсот лет он не соскучился, то с чего бы ему вдруг умирать? Интересно же, что дальше будет! Погодите, — перебила я сама себя, — вы хотите сказать, что камень был фальшивым?

— Вполне вероятно. А даже если и нет, что мешает Фламмелю изготовить еще один?

— И правда что… — пробормотала я и задумалась.

— Грейнджер? Что с вами?

А я просто вспомнила о том, что всегда носила с собой.