— Не плачь, — сказал он мне и обнял. — Хочешь, я скажу Марии сделать заговор на удачу? Она умеет, прапрабабушка научила. Она мне делала. Турнир, правда, я не выиграл, но тогда у нее еще плохо получалось. Маленькая и… э-э-э… не женщина. Так хуже выходит.

— Скажи, — кивнула я. — Пусть будет. Хоть немножко удачи… Я придумаю, как отдариться.

— Не надо. За такое не платят. Одно дело, когда сосед просит, чтоб у него урожай удался, а другое — человеческая жизнь. Нет… неправильно. За жизнь придется платить жизнью, своей или чужой, это верно. А заговор на удачу — он только от сердца может быть.

— Мария никогда даже не слышала об этом человеке…

— Тебя-то она знает. А раз он тебе дорог, то этого довольно… — Он посмотрел поверх моей головы. — Ну, пойдем, там уже женятся. Нехорошо опаздывать.

Церемония вышла очень красивой (хотя и малость аляповатой на мой вкус): Флёр была дивно хороша в простом белом платье! Она и так-то всегда будто светилась, а сегодня излучала сияние, окутывавшее всех, кто оказался поблизости. Девчонки — Джинни и Габриэль, подружки невесты, превратились в сказочных принцесс, а Билл будто никогда и не встречался с Фенриром Грейбеком. Впрочем, уж я-то хорошо знала, что красота лица не значит ровным счетом ничего…

— А кто вон тот, в желтой мантии? — спросил вдруг Виктор. Мы как раз решили потанцевать, и на этот раз у него получалось намного лучше.

— Это… — я присмотрелась. — Мистер Лавгуд. Отец нашей подруги. А что?

— У него на груди знак Гриндевальда.

— Тот треугольник?

— Да. Я тебе рассказывал. На стене у нас в школе.

«Мы с ним мило поболтали о Гриндевальде», — вспомнила я собственные слова. Неужели так мало времени прошло с тех пор?

— Только не лезь к нему, — предупредила я. — Он малость того… Подозреваю, он даже не знает, что это за знак, мог и свастику нацепить, и могендовид, да хоть коптский крест.

— На чужой свадьбе устраивать скандал с чужим гостем — позор, — высказался Виктор, но настроение у него заметно испортилось.

Верно, он же говорил, что Гриндевальд убил его деда! И откуда Лавгуд выкопал этот знак?

И вдруг, когда я присела отдохнуть, явился незнакомый Патронус и голосом Кингсли произнес:

— Министерство пало. Скримджер мёртв. Они приближаются.

* * *

Разумеется, началась паника, как тогда, на Кубке мира: все аппарировали кто куда, защитные чары пали.

— Виктор, уходи отсюда, быстро! — рявкнула я, заметив в толпе фигуры в масках. — Гарри, Рон, вы где?!

— Прочь! Прочь отсюда! — во весь голос кричал Сириус, выставляя щиты и тесня Тонкс к дому.

Я схватила за руку Гарри, за другую схватился Рон, и я аппарировала куда попало. Успела еще заметить, что Сириус схватил Тонкс в охапку, едва увидев, что мы собрались втроем, и мы смылись одновременно. Молодец, всегда бы так!

— Где мы? — прошептал Рон.

— Понятия не имею, — ответила я. Народу кругом было предостаточно, и если я в платье не очень бросалась в глаза, то эти двое в мантиях… — Надо найти, где переодеться.

— Во что?!

— И почему я мантию-невидимку с собой носить перестал? — простонал Гарри.

— Ничего, она у меня. И одежда тоже, — хмыкнула я. — Давайте в переулок! Живо!

— Э… — только и смог сказать Гарри, когда я вытащила из сумочки их шмотки и мантию-невидимку.