— Оборотку пить будем? — с отвращением спросил Сириус.

— Да ну ее. Дезиллюминацонные чары на что? Потом Обливиэйтом приложим. И этих тоже, — кивнула я на обездвиженных Гарри с Роном. — А еще лучше, прикажи Кричеру их усыпить. И пусть с нами идет.

— О, это дело! — обрадовался он. — Кричер, ты где там?

— Я тут, я тут, господин! — появился домовик.

Он прямо засиял, получив медальон: сменил грязную тряпку, которую носил вместо одежды, на чистое белоснежное полотенце, причесал уши и будто бы помолодел. Наверно, правда, что домовики питаются силой хозяев, и пока в доме никого не было, Кричер здорово сдал…

— Можешь стереть им память? Ненадолго, буквально на четверть часа?

— Конечно, господин!

— И отволоки их в спальни, раздень, мы вернемся ночью, — сказал Сириус. — И живо назад, ты мне нужен.

— Знаешь, — сказала я, — похоже, все эти годы ему не хватало всего нескольких слов.

— А?

— «Ты мне нужен», — пояснила я, и Сириус тяжело вздохнул.

— Господин, Кричер сделал, как было приказано! Молодые господа спят и проснутся утром в своих постелях, — доложил домовик.

— Тогда доставь нас вот по этому адресу, — велел он. — Только очень тихо.

Мы успели вовремя: Амбридж как раз прихорашивалась перед зеркалом, готовясь выйти на службу. На груди у нее поблескивал крупный золотой медальон.

— Взять, — коротко скомандовал Сириус, и Кричер мгновенно приковал министерскую жабу к креслу. Хм, а Блэк начинает возвращаться к истокам, как я посмотрю. — Убери прослушку, если она тут есть. И поставь заглушки, а то, боюсь, тут будет шумно…

— Сделано, господин, — ответил Кричер через секунду.

Сириус наклонился к Амбридж и шумно втянул воздух ноздрями.

— Обожаю запах страха, — протянул он.

— Ты забыл добавить: люблю вкус крови и хруст костей по утрам, — сказала я, скинув мантию-невидимку.

— Эй, не перебивай, это моя реплика! — возмутился он.

Приятно было смотреть, как выпучились глаза обездвиженной Амбридж, как она немо раскрывает рот, а ведь мы еще даже не приступили к пыткам!

— Откуда это? — спросила я, сняв с ее шеи медальон.

— С-старая семейная драгоценность, — едва слышно выговорила она. — С — значит Селвин… мы в родстве… Я в родстве со многими волшебными семьями…

— Врет, как дышит, тут даже легилиментом не надо быть, чтоб понять, — фыркнул Сириус, глянув по сторонам. — Матушка на крыльцо бы ее не пустила.

— Что-то в тебе все больше дают о себе знать замашки чистокровных, — буркнула я.

— Ну и что ж? Одно дело — такие полукровки, как Тонкс и Гарри, или магглорожденные вроде тебя, а другое — самозванки наподобие этой! Селвин, надо же! В лучшем случае кто-то из Селвинов когда-то осчастливил ее прапрабабушку в кладовке! — выдал Сириус.

— Тем более, что это вовсе не Селвин, а Слизерин, — сказала я, глядя на изумрудную змею на крышке медальона. — Так. Давай, Обливиэйт с двух рук…

— А цацка? Ведь хватится, жаба…

— Сейчас… Геминио!

Я повесила копию медальона на шею Амбридж, застывшей с остекленевшим взглядом, и Сириус кивнул Кричеру:

— Освободи ее. И проследи, чтоб явилась на службу вовремя.