Тут я умолкла, но поздно. Говорить такое в лицо преподавателю, который о своей науке говорит с явной любовью (не уроках, а самой науке!), очень глупо. Но у меня не только мысли язык опережают, но иногда наоборот, вот в чем беда.

— Мне кажется, мисс Грейнджер, — негромко произнес он, — я ошибся с оценкой вашей работы. Думаю, следует ее исправить.

— Конечно, сэр, — ответила я, надеясь, что голос у меня дрожит не слишком заметно.

Сейчас поставит «тролль», и поди докажи, что это не так! Зелья-то уже нет, после урока он сразу уничтожил это варево у всех разом. Ну и ладно, и переживу… И ни за что не зареву, мне уже почти двенадцать, стыдно!

— Что?

— Я сказал — «превосходно». Вы что, оглохли? Тогда вам тоже в больничное крыло.

Я даже попятилась от неожиданности, но снова не вытерпела:

— А… а можно спросить, сэр?

Похоже, удержаться от вопросов я не смогу, даже если буду лежать при смерти!

— Что еще?

— Почему вы перед уроком не объяснили технику безопасности?

— Мисс Грейнджер… — он помолчал. — Скажите, в каком возрасте вы отучились совать пальцы в кипяток?

— Я не совала, — растерянно ответила я и добавила: — Мне объяснили, что нельзя.

— Так вот, мисс Грейнджер, я рассчитываю на то, что в одиннадцать лет умственно полноценные люди осознают, что кипящий котел опасен…

— Но Невилл же его не опрокинул и не совал туда руки! — возмущенно перебила я. — Он добавил не то…

— … и в состоянии следовать простейшему рецепту, — закончил свою фразу Снейп. — Впредь будет осторожнее.

— Он же ошпарился, — сказала я, — и зельем облился… А вы даже первую помощь ему не оказали! А если б оно в глаза попало? Их тут тоже могут спасти?

— Мисс Грейнджер, — сказал профессор, — ни один из моих учеников за годы моего преподавания не покалечился всерьез и не погиб у меня на занятиях, хотя многие вполне заслуживали Дарвиновской премии.

Я так опешила от этого заявления, что онемела. Откуда он знает об этой премии?

— Вы всерьез полагаете, что если бы Лонгботтома окатило ниже пояса кипящим зельем из расплавившегося котла, он отделался бы легким испугом и несколькими волдырями?

Я поняла, что краснею. Ведь и правда! Облейся Невилл кипятком, он не плакал, он по полу бы катался от боли и вопил на весь замок! А он всего-навсего хныкал, и то больше от страха.

— Вижу, вы поняли.

— Да. Простите, сэр, я… — тут я набрала побольше воздуха и выпалила: — Тут всё опасное, хоть лестницы взять, и как будто так и надо! И я… я подумала…

— Мисс Грейнджер, — сказал он, — я тут не первый год. Знаете, сколько учеников, в том числе магглорожденных, задавали мне вопросы о технике безопасности?

Я помотала головой.

— Ровно один, — произнес профессор, — вы. За это я дам вам совет… Не подпрыгивайте до потолка с поднятой рукой, во всяком случае, на моих занятиях. Сами подумайте: какой смысл спрашивать того, кто заведомо знает ответ, и облегчать жизнь остальным?

— Ой… — с этой стороны я вопрос не рассматривала. Еще хотелось спросить, почему он сегодня выбрал жертвой именно Гарри, но я не рискнула. — Я так больше не буду, сэр!

— Хорошо.