Изменить размер шрифта - +
Особенно много документов попало ко мне за последние 1809,1810 и
1811 годы в связи с упразднением инквизиционного трибунала. С  ними  я  смог
опубликовать в Мадриде в 1812 и 1813 годах два  тома  Анналов  инквизиции  и
написать  Памятную  записку  о  мнении  испанцев  относительно  установления
инквизиции, а Королевская Академия истории  (членом  которой  я  имею  честь
состоять) выпустила ее в серии своих Памятных записок {Была  недавно  трижды
переиздана под заглавием  "Инквизиция  и  испанцы"  (La  Inquisition  у  los
espanoles); в 1967 и 1968 годах в Мадриде, издательством "Ciencia Nueva",  и
в 1973 году Мигелем Кастельоте. (Примеч. исп. ред.)}. И этими документами  я
надеюсь  заполнить  пробел,  существующий  в  литературе  такого   рода,   и
удовлетворить любопытство публики". {В 1816 году в Мадриде была опубликована
одна книжонка Хосе Карнисеро под заглавием La Inquisition  restablecida  con
razon  (О  пользе  восстановления  инквизиции).  Она  даже  не   заслуживает
опровержения, ибо  является  абсурдным  сборищем  оскорблений,  направленных
против меня и других испанцев, разделяющих мои взгляды, кто  публиковался  в
Кадисе в 1813 и 1814 годах; эти оскорбления направлены также  против  членов
кортесов,  объявивших  об   упразднении   святого   трибунала.   (Примечание
французской  редакции  1817  года,   опущенное   в   последующих   испанских
переизданиях.) (Примеч. исп. ред.)}
     Никто из заключенных или обвиненных никогда не видел  своего  дела,  не
говоря уже о делах других узников. Никто ничего не знал  о  своем  процессе,
кроме  вопросов  и  обвинений,  требующих  ответа,  отрывков  из   признаний
свидетелей, зачитываемых без упоминания имени,  места  и  времени  и  других
обстоятельств, которые могли способствовать узнаванию этих  лиц;  скрывалось
также все, что могло послужить в  оправдание  обвиняемого;  ибо  осужденному
полагалось до конца испытать все тяготы следствия,  а  судья  затем  в  меру
своего благоразумия мог изменить ответы в пользу подсудимого. Так что Филипп
Лимборх и другие писатели при всем их искреннем стремлении не могли написать
правдивой  истории  инквизиции,  ибо  руководствовались  в   своих   работах
рассказами заключенных, не знающих внутренней стороны своих собственных дел,
и тем небольшим, что они нашли в книгах Эймерича, Парамы,  Пеньи,  Кавены  и
других инквизиторов.
     Поэтому, надеюсь, вы не посчитаете излишней нескромностью  заявление  о
том, что лишь я  могу  удовлетворить  любопытство  желающих  знать  истинную
историю инквизиции в Испании. Повторюсь,  что  только  в  моем  распоряжении
имеются необходимые для  этого  материалы,  изобилие  которых  восполнит  во
многом скудость моего дарования. Я осмеливаюсь писать  эту  историю  потому,
что, прочтя описания  самых  известных  процессов,  нахожу  мои  комментарии
существенно отличающимися от комментариев других историков, в  том  числе  и
Филиппа Лимборха, наилучшего  и  наиточнейшего  из  всех.
Быстрый переход
Мы в Instagram