Изменить размер шрифта - +

     - О чем вы говорите?..
     - Я  говорю,  что мне жаль тебя, и если ты послушаешь моего совета, все
еще может кончиться благополучно.
     - Продолжайте же, продолжайте: я богат... все мое богатство...
     Старик рассмеялся.
     - Вот  оно что! - сказал он. - Значит, ты надеешься выкупить свою жизнь
тем  же самым, чем ее погубил, не так ли? И думаешь таким путем рассчитаться
с людьми и с богом?
     - Нет,  нет!  Я все равно останусь преступником, я это знаю. И я горько
раскаиваюсь... Но вы сказали, что есть средство... Какое же?
     - Будь  я  на  твоем  месте,  да  упаси меня от этого бог, вот что бы я
сделал...
     Бетизак  пожирал каждое слово старика по мере того, как они вылетали из
его уст.
     - Явившись  снова  в  королевский  совет,  -  продолжал  старик, - я бы
по-прежнему отпирался...
     - Да-да... - согласился Бетизак.
     - Я  сказал  бы,  что  чувствую  себя виноватым в другом преступлении и
хочу  покаяться  в  нем  ради  спасения  своей  души. Я бы сказал, что долго
блуждал в неверии, что я манихей и еретик...
     - Но  ведь  это  неправда! - воскликнул Бетизак. - Я добрый христианин,
верующий в Иисуса Христа и в деву Марию.
     - Я  сказал  бы,  что  я  манихей  и  еретик  и  что  я  крепок в своих
убеждениях,  -  продолжал  старик, словно Бетизак и не возражал ему. - Тогда
меня  потребовал  бы  к  себе  епископ,  потому  что  я подлежал бы уже суду
церковному.  Епископ  отослал  бы  меня  к  авиньонскому  папе. Ну а так как
святой отец наш Климент большой друг герцога Беррийского...
     - Понимаю,  -  прервал  Бетизак.  -  Да-да,  наш  герцог  Беррийский не
допустит, чтобы мне причинили зло. О, вы мой спаситель!
     При  этих  словах  он  бросился было обнимать старика, но тот оттолкнул
его.  В  эту минуту дверь отворилась: пришли за Бетизаком, чтобы вести его в
королевский совет.
     Здесь,  в  совете,  Бетизак решил, что теперь самое время пустить в ход
ту  хитрость,  которой  научил  его  старик,  и,  встав  на  одно колено, он
попросил разрешения говорить. Ему немедленно дали слово.
     - Почтенные  господа, - начал он, - я обдумал свои поступки, я проверил
свою  совесть и боюсь, что сильно прогневил господа, но не тем, что я грабил
и  взимал деньги с бедняков, ибо всем, слава богу, известно, что я это делал
по приказанию моего господина, а тем, что я блуждал в неверии...
     Судьи удивленно переглянулись.
     - Да,  -  продолжал Бетизак, - да, господа, ибо разум мой не верит ни в
святую  троицу,  ни в то, что дух святой спустился с небес, дабы воплотиться
от женщины, и я думаю, что душа моя умрет вместе со мною...
     По   всему   собранию  прошел  ропот  изумления.  Тогда  сир  Лемерсье,
смертельный враг Бетизака, поднялся и сказал:
     - Бетизак,  подумайте  о  том,  в  чем вы сейчас признались! Ибо своими
словами  вы  наносите  тяжкое  оскорбление  нашей  матери  святой  церкви  и
заслуживаете за них костра.
Быстрый переход
Мы в Instagram