И достал из кармашка на поясе, предназначенного, вероятно, специально для ношения конкретного предмета, небольшой узорчатый диск из пестрой яшмы, немного напоминающей рисунком змеиную чешую. В стороны от него расходились прекрасно ощутимые эльфами эманации темной энергии, по своей насыщенности далеко обгоняющие те, что они чувствовали при близком контакте с нежитью Сумеречного леса или же обитателями ближайшего к пустыне архипелага.

— Или я тупой ученик слабенького шамана, — хмыкнул Шиноби, рассматривая протянутую ему вещицу, которую, однако же, принять не спешил, — или это нечто вроде переносного алтаря какого-то бога. Отнюдь не самого доброго и, похоже, не питающего к нам теплых чувств. А чего-нибудь более толерантного к эльфам нет?

— Скользящий-во-мраке суров, но справедлив. — Орк ни капли не смутился и, убрав диск на место, достал из другого кармана небольшую статуэтку. — Особенно к тем, кто не забывает приносить ему хорошие жертвы. Но если не нравится, можем поискать и вещь, посвященную другому представителю высших сил, у нас в городе можно молиться любым богам. Только крупнейших по количеству прихожан религий насчитывается почти два десятка. Так… Ой, нет, это точно не вам. Ай!

Миниатюрный паук из черного мрамора крохотными жвалами вцепился в темно-синий палец орка, а потом прыгнул прямо на отшатнувшегося Шиноби. Воплотившегося в реальность духа, принявшего вид источающего свет облачка, он прошел, словно игла шелковый платок. Божественная сила, которую буквально излучал артефакт, порвала жителя иных планов, как впавший в любовную горячку бегемот попавшуюся на пути в недобрый для себя час белочку. Но опасный для жизни предмет до эльфа не долетел, наперерез ему белой молнией метнулся меч Вики, и искусная поделка отлетела далеко в сторону, отброшенная грубым железом.

— Не зря я с десантом все свободное время проводила. — Довольная улыбка играла на губах девушки, а вторая рука уже наводила на цель, начавшую стремительно увеличиваться в размерах и уже сравнявшуюся с некрупным котом, пистолет.

— В храм богини-паучихи вас лучше не водить, — простонал Грант, выхватывая из-за пояса не замеченный перворожденными нож и просто отсекая себе пострадавшее место. Вовремя. Оно под воздействием яда уже начало гнить.

Но воспользоваться оружием воительнице не пришлось: в воздухе над злополучным артефактом возникла громадная львиная морда, уже распахнувшая пасть для укуса. Нематериальные челюсти сомкнулись на черном теле, и сила далеко не самого слабого духа в иерархии себе подобных преодолела мощь, заключенную в посвященном небожительнице предмете. Впрочем, вряд ли сущности, заключившей контракт с обитателями Сумеречного леса, противостояла она сама, скорее, кто-то из слуг, чьи обязанности заключались в контроле подобных артефактов.

— Да, туда нам точно не надо, — пробормотал враз вспотевший Шиноби. — И лучше даже соседние с ним улицы стороной обойти во избежание эксцессов. Дьявол! Меня чуть не достало! А тени… тени на призыв просто не откликнулись.

— Дайте перевяжу, — дернулся в сторону орка магистр Ориэн. — Так, кто видел, куда палец улетел? Если его удастся очистить от яда, можно на место прирастить.

— Не, не надо суетиться, — мотнул головой орк, внимательно рассматривая место среза, из которого уже не бежала темная, почти черная кровь. — Само сейчас затянется. Да и отрастет все дней через десять. Так… Вот! Символ прародительницы травы и листьев! Вполне нейтральное божество для всех, кто не оставляет после себя на месте лесов выжженных пустынь! Надеюсь, подойдет?

— Не вполне, но другие варианты мне смотреть уже страшно, — буркнул Шиноби, принимая недлинную зеленую ленту, на которой красовался вышитый цветок.