— Я забочусь о ваших рыцарских добродетелях, господин Дитмар, а не о вашей боевой силе. Но следует понять, что пришло время для сражений. Новому королю из династии Штауфенов придется отстаивать свои права перед Вельфами, и наш король Филипп будет вынужден принять решение. Возможно, в пользу Штауфена, ведь он уже выказывает свое уважение к нему, отправляя сына на его коронацию. А тогда и ваш меч обагрится кровью. Но прежде, господин Дитмар, я требую от вас придерживаться добродетели сдержанности! Ваши владения находятся на землях епископства Майнца, а значит, вы сможете их увидеть.

— Только если принц разрешит мне отлучиться, госпожа, — с сожалением заметил Дитмар. — От Майнца до Лауэнштайна несколько дней езды.

Франсин пожала плечами:

— Тем лучше, это поможет вам держать себя в руках. Но вы должны быть готовы к встрече с захватчиком уже в Майнце.

Дитмар вскочил.

— С Роландом Орнемюнде? Что вы имеете в виду? Вы полагаете, что он… он может присутствовать на коронации?

Франсин кивнула.

— Почему нет? Он подданный епископа и может питать надежду обратиться к королю со своей просьбой.

— Он не посмеет! — Глаза Дитмара сверкнули. — Если он осмелится, тогда…

— Тогда вы будете придерживаться добродетели сдержанности! — потребовала Франсин. — Вы попросите короля в самой вежливой форме как-нибудь рассмотреть вопрос наследства Лауэнштайна. Но, разумеется, вы считаете неблагоразумным отягощать его этой задачей сейчас, во время его коронации. Другими словами, вы отступите, Дитмар Орнемюнде.

— Я не могу так поступить!

Юный рыцарь был настолько возмущен, что собирался выхватить меч. Ему нужно было ощутить его в руке, осознать, что он всегда рядом и готов обезглавить захватчика его наследства.

— Вы хотите навлечь на себя мой гнев? — грозно произнесла Франсин де Марикур.

Дитмар залился краской.

— Простите, госпожа. Я… я погорячился, я…

— Исчезните с моих глаз, господин Дитмар, и обдумайте все, о чем мы с вами говорили. Я ожидаю от вас послушания!

Госпожа отвернулась от юного рыцаря, давая ему понять: в этот день Дитмар лишился права на прощальный поцелуй, пусть даже только ее руки.

«И я надеюсь снова увидеть вас живым», — думала Франсин де Марикур, когда юноша отправился прочь с красным от стыда лицом и сгорбившись. И все же она донесла до него то, что он должен был усвоить. И теперь она сообщит его обеспокоенному дяде Рюдигеру из Фалькенберга о реакции юноши. Рыцарь попросил Франсин подготовить Дитмара. Если Роланд действительно приедет в Майнц — а Рюдигер считал это вполне возможным, — юноше ни в коем случае нельзя тут же вызывать его на поединок!

Глава 3

— Орнемюнде? Рыцарь со своими дамами?

На самом деле епископ Зигфрид из Эпштайна понял все с первого раза, но, повторяя это, он имел возможность выразить свою досаду. Ведь он как раз беседовал с одним из влиятельнейших советников короля и не мог допустить ни малейшей заминки.

Юный священник, который принимал приглашенных на богослужение в честь коронации и указывал им места в соборе, кивнул:

— Причем младшая из дам выглядит весьма… гм… благообразно.

Блеск в его глазах послужил доказательством того, что он разглядывал дочь Орнемюнде намного пристальней, чем мог себе позволить священнослужитель. Зигфрид из Эпштайна вздохнул. Сделать выговор за неподобающее поведение он мог и позже.

— Тогда девушку должно видеть как можно меньше людей, чтобы она ни в коем случае не затмила дам короля, — резко заявил он юноше.