И еще – какую цель преследуют Ленар и Коваленко? Да, он поспешил, начав задавать инспектору вопросы в гостиничном номере, где был убит Хэллидей, но это недостаточное основание для столь жесткого допроса. Тут, вероятно, крылось что‑то еще. Следующий вопрос застал его врасплох.

– Почему в парке Монсо вы повернулись и ушли, увидев детектива Хэллидея? – Глаза Коваленко потеряли сходство с собачьими, и теперь в них горел колючий блеск. – Вчера вы приехали в парк Монсо вместе с мистером Фордом. Когда вы увидели детектива Хэллидея, стоящего рядом с инспектором Ленаром, то резко развернулись и ушли из парка. Почему?

Так вот к чему подводил русский! Ленар внимательно смотрел на Мартена в зеркало заднего вида. Мартен понял, что сценарий этого допроса готовился заранее: один задает вопросы, а другой наблюдает за реакцией.

– Я задолжал ему некоторую сумму денег, причем довольно давно, – заговорил Мартен, предлагая детективам очередную правдоподобную версию. – Сумма небольшая, но, увидев его, я растерялся – не ожидал встретить.

– Как же получилось, что вы взяли у него взаймы, если, по вашим же словам, вы были едва знакомы? – продолжал давить Коваленко.

– Бейсбол. – Мартен пожал плечами.

– Что?

– Американский бейсбол. Как‑то однажды в Лос‑Анджелесе Хэллидей, Форд и я зашли в ресторан, чтобы пообедать, и разговорились о бейсболе. Мы поспорили о том, как сыграют «Доджерс», и я проиграл. Я так и не отдал долг и не видел Хэллидея до вчерашнего дня в парке. Потому я и ушел, надеясь, что он не заметил меня.

– Сколько вы ему проспорили?

– Двести долларов.

Ленар стал снова смотреть на дорогу, а Коваленко расслабился и развалился на сиденье.

– Благодарю вас, мистер Мартен, – пробурчал он, а затем нацарапал что‑то в блокноте, вырвал листок и протянул его Мартену. – Это номер моего сотового телефона. Если вы вспомните что‑нибудь, что могло бы помочь нам в расследовании, позвоните, пожалуйста.

Сказав это, Коваленко отвернулся, сделал еще какие‑то пометки, а затем захлопнул блокнот и молчал весь остаток пути.

36

Ленар въехал в Париж через Порт‑д'Орлеан, свернул на бульвар Распай и миновал кладбище Монпарнас. Мартен думал, что инспектор едет к дому Форда на улице Дофин, но он внезапно свернул на улицу Гюисманса, проехал полквартала и затормозил у тротуара.

– Дом двадцать семь, квартира В, – сказал он, полуобернувшись к Мартену. – Здесь живет Арман Дрюэн, брат жены мистера Форда. Она сейчас находится у него. Сюда же перевезли ее и ваши личные вещи.

– Не понял, – вздернул брови Николас.

– Закон позволяет нам в интересах расследования закрыть доступ на место преступления. Квартиру мистера Форда мы рассматриваем именно в качестве места преступления.

– Понятно.

А как же записная книжка Хэллидея? Полицейские непременно найдут ее! Они и так смотрят на него косо, и даже в том случае, если решат, что книжку взял Дэн, его участие не станут сбрасывать со счетов. А если полицейские снимут с книжки отпечатки пальцев… тут все и откроется. И что он скажет им тогда?

– Когда вы возвращаетесь в Англию?

– Еще не знаю. Я хотел бы присутствовать на похоронах Дэна.

– Вы не дадите ваш телефонный номер в Манчестере на тот случай, если возникнут дополнительные вопросы?

Что ж, с его стороны глупо ответить отказом.